Короткие стихи о кавказе: Стихи о кавказе. Читать стихотворения о кавказе великих русских поэтов классиков на портале «Культура.РФ»

Стихи о кавказе. Читать стихотворения о кавказе великих русских поэтов классиков на портале «Культура.РФ»

Мы ответили на самые популярные вопросы — проверьте, может быть, ответили и на ваш?

  • Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день
  • Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»
  • Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?
  • Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?
  • Как предложить событие в «Афишу» портала?
  • Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день

Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».

Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»

Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.

Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?

Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, заполните заявку по нашим рекомендациям. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.

Электронная почта проекта: [email protected]

Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?

Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».

Как предложить событие в «Афишу» портала?

В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».

Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.

Если вопросы остались — напишите нам.

Стихи о Кавказе 🚩 читать стихотворения на ВсеСтихи

Стихи русских поэтов классиковСтихи зарубежных поэтов классиковСтихи современных поэтовКороткие стихи

Поиск произведения

Все категории / темыКороткие стихиСтихи зарубежных поэтов классиковСтихи русских поэтов классиковСтихи современных поэтовЦитатыАбстрактные стихиБалладыГрустные стихиГрустные стихи о жизниГрустные стихи о любвиГрустные стихи о собакахГрустные стихи про животныхГрустные стихи про мамуГрустные стихи про осеньГрустные стихи про папуКолыбельные стихиМатерные, нецензурные, хулиганские стихиОдыСказки в стихахСмешные, веселые стихи для детейСмешные, веселые стихи о школеСмешные, веселые, юмористические стихиСовременные стихи для детейСовременные стихи о дружбеСовременные стихи о женщинеСовременные стихи о жизниСовременные стихи о любвиСовременные стихи о природеСовременные стихи о Родине, РоссииСтихи аллегорииСтихи для детейСтихи для детей 10 летСтихи для детей 3-4 летСтихи для детей 5-6 летСтихи для детей 7 летСтихи для детей 8 летСтихи для детей 9 летСтихи для малышей, самых маленькихСтихи для подростковСтихи к 1 маяСтихи к 1 сентября (День Знаний)Стихи к 23 февраляСтихи ко дню Космонавтики 12 апреляСтихи на День Святого ВалентинаСтихи на день Святого Валентина любимой девушкеСтихи на день Святого Валентина любимому парнюСтихи на конкурс чтецовСтихи на Крещение ГосподнеСтихи на Прощеное воскресеньеСтихи о безответной любвиСтихи о березеСтихи о блокаде ЛенинградаСтихи о БогеСтихи о вере и надеждеСтихи о весне для детейСтихи о войнеСтихи о войне для детей, школьниковСтихи о войне для конкурса чтецовСтихи о ВолгеСтихи о временах годаСтихи о времениСтихи о встречеСтихи о героях и героизмеСтихи о городах, странахСтихи о грустиСтихи о детствеСтихи о добротеСтихи о дочкеСтихи о дружбеСтихи о женской красотеСтихи о женщине, девушкеСтихи о животных для детейСтихи о жизниСтихи о здоровьеСтихи о зимеСтихи о зиме для детейСтихи о КавказеСтихи о книгах, чтении, литературеСтихи о красотеСтихи о КрымеСтихи о КубаниСтихи о ЛунеСтихи о любви к девушке, женщинеСтихи о любви к мужчинеСтихи о любвиСтихи о любви на расстоянииСтихи о мамеСтихи о материнствеСтихи о мечтеСтихи о милосердии и состраданииСтихи о миреСтихи о молчанииСтихи о мореСтихи о МосквеСтихи о мужеСтихи о мужествеСтихи о мужчинеСтихи о музеСтихи о музыкеСтихи о наукеСтихи о небеСтихи о нежностиСтихи о ненавистиСтихи о памятиСтихи о ПарижеСтихи о патриотизмеСтихи о первой любвиСтихи о первоклассникахСтихи о песнеСтихи о Петербурге, ЛенинградеСтихи о печалиСтихи о победеСтихи о повареСтихи о погодеСтихи о подругеСтихи о пожарных и спасателяхСтихи о политикеСтихи о поэзии и стихахСтихи о поэтахСтихи о предательстве, изменеСтихи о природе для детей, школьниковСтихи о природе для конкурса чтецовСтихи о природе русских поэтовСтихи о профессияхСтихи о профсоюзеСтихи о прошедшей любвиСтихи о прошломСтихи о прощенииСтихи о путешествияхСтихи о ПушкинеСтихи о работе, профессиях для детейСтихи о работе, трудеСтихи о радостиСтихи о разбитом сердцеСтихи о расставании, разлукеСтихи о ревностиСтихи о революцииСтихи о рекеСтихи о религииСтихи о Родине для детей, школьниковСтихи о Родине, РоссииСтихи о родителяхСтихи о рождении дочкиСтихи о рождении ребенкаСтихи о рождении сынаСтихи о розахСтихи о русском языкеСтихи о СамареСтихи о СаратовеСтихи о свадьбеСтихи о свободеСтихи о себеСтихи о СевастополеСтихи о СевереСтихи о селе, деревнеСтихи о семье и семейных ценностяхСтихи о сестреСтихи о СибириСтихи о силеСтихи о сильной женщинеСтихи о сирениСтихи о сказкахСтихи о скалахСтихи о скорбиСтихи о скукеСтихи о словеСтихи о смертиСтихи о смысле жизниСтихи о снегеСтихи о собакахСтихи о собаках для детейСтихи о совестиСтихи о солдатахСтихи о солнцеСтихи о СочиСтихи о спортеСтихи о СталинеСтихи о старостиСтихи о страстиСтихи о студентахСтихи о судьбеСтихи о суициде, самоубийствеСтихи о счастьеСтихи о сынеСтихи о талантеСтихи о танцахСтихи о творчествеСтихи о театреСтихи о тишинеСтихи о тополеСтихи о тоскеСтихи о ТулеСтихи о физикеСтихи о хлебеСтихи о художникахСтихи о церквиСтихи о чаеСтихи о чести и достоинствеСтихи о чувствахСтихи о школеСтихи о яблокахСтихи о ЯкутииСтихи про 8 мартаСтихи про 9 мая, День ПобедыСтихи про августСтихи про АдСтихи про АдамаСтихи про Адама и ЕвуСтихи про адмиралтействоСтихи про аистаСтихи про акробатовСтихи про актрисуСтихи про акулуСтихи про АлёнуСтихи про АлинуСтихи про алкогольСтихи про аллеиСтихи про алмазыСтихи про АлтайСтихи про алтарьСтихи про альпинистовСтихи про АльпыСтихи про Америку, СШАСтихи про аметистСтихи про АмстердамСтихи про АмураСтихи про ананасыСтихи про Ангела и ДемонаСтихи про Ангела смертиСтихи про Ангела-хранителяСтихи про АнгеловСтихи про АндреяСтихи про АнтарктидуСтихи про антилопуСтихи про АнтонаСтихи про АнюСтихи про апрельСтихи про армиюСтихи про АфрикуСтихи про аэропортСтихи про бабушкуСтихи про беременностьСтихи про бессмертиеСтихи про БлаговещениеСтихи про болезньСтихи про больСтихи про братаСтихи про буквыСтихи про ВанюСтихи про ВасюСтихи про Вербное воскресеньеСтихи про веснуСтихи про ветерСтихи про вечерСтихи про ВикуСтихи про ВитюСтихи про ВовуСтихи про водуСтихи про волковСтихи про волныСтихи про волосыСтихи про воспитателяСтихи про глазаСтихи про голодСтихи про голосСтихи про голубые глазаСтихи про гордостьСтихи про горыСтихи про градСтихи про грозуСтихи про ДашуСтихи про девочку СашуСтихи про Деда МорозаСтихи про дедушкуСтихи про декабрьСтихи про ДенисаСтихи про день рожденияСтихи про деревьяСтихи про детейСтихи про детский садСтихи про ДиануСтихи про ДимуСтихи про добро и злоСтихи про дождьСтихи про домСтихи про домашних животныхСтихи про дорогуСтихи про другаСтихи про дружбу для детейСтихи про душуСтихи про ЕгипетСтихи про елкуСтихи про женихаСтихи про женуСтихи про ЖенюСтихи про животных, птицСтихи про зайцаСтихи про закатСтихи про звездыСтихи про зеленые глазаСтихи про зимний лесСтихи про именаСтихи про ИруСтихи про июльСтихи про июньСтихи про карие глазаСтихи про КаринуСтихи про КатюСтихи про киноСтихи про КолюСтихи про космосСтихи про кошек, котовСтихи про КсюшуСтихи про лагерьСтихи про ландышиСтихи про ласточкуСтихи про ЛенинаСтихи про ЛеруСтихи про лесСтихи про летоСтихи про лето для детейСтихи про листопадСтихи про листьяСтихи про ложьСтихи про лошадей, конейСтихи про ЛюбуСтихи про майСтихи про МаксимаСтихи про мальчика СашуСтихи про маму для детейСтихи про МаринуСтихи про мартСтихи про МасленицуСтихи про математикуСтихи про МашуСтихи про медицину, медиковСтихи про МишуСтихи про молодость, юностьСтихи про морозСтихи про моряковСтихи про НадюСтихи про настроениеСтихи про НастюСтихи про НаташуСтихи про невестуСтихи про Новый год и РождествоСтихи про ночьСтихи про ноябрьСтихи про обидуСтихи про одиночествоСтихи про одуванчикиСтихи про октябрьСтихи про ОлюСтихи про осенний лесСтихи про осеньСтихи про осень для детейСтихи про осеннюю поруСтихи про папуСтихи про папу для детейСтихи про ПасхуСтихи про ПетюСтихи про пионеровСтихи про поездСтихи про пожарСтихи про ПолинуСтихи про полицию, полицейскихСтихи про поцелуйСтихи про правила дорожного движенияСтихи про птицСтихи про радугуСтихи про Рай и АдСтихи про рассветСтихи про реку АнгаруСтихи про ромашкиСтихи про рукиСтихи про рыбака и рыбалкуСтихи про рябинуСтихи про СветуСтихи про свечиСтихи про сентябрьСтихи про сердцеСтихи про СережуСтихи про серые глазаСтихи про слезыСтихи про СнегурочкуСтихи про сонСтихи про СофиюСтихи про СтепуСтихи про сумеркиСтихи про тайгуСтихи про Татьянин деньСтихи про ТатьянуСтихи про телефонСтихи про улыбкуСтихи про УралСтихи про утроСтихи про учителяСтихи про февральСтихи про фотографииСтихи про фрукты и овощиСтихи про футболСтихи про цветыСтихи про цифрыСтихи про человека и людейСтихи про чудоСтихи про экологиюСтихи про ЮлюСтихи про январьСтихи про ЯнуСтихи с добрым утромСтихи спокойной ночиЭротические, пошлые стихи о сексеКороткие стихи на День Святого ВалентинаКороткие стихи о войнеКороткие стихи о женщине, девушкеКороткие стихи о животныхКороткие стихи о жизниКороткие стихи о любвиКороткие стихи о мореКороткие стихи о МосквеКороткие стихи о мужчинеКороткие стихи о природеКороткие стихи о Родине, РоссииКороткие стихи о счастьеКороткие стихи про веснуКороткие стихи про Деда МорозаКороткие стихи про день рожденияКороткие стихи про дочкуКороткие стихи про дружбуКороткие стихи про зимуКороткие стихи про летоКороткие стихи про мамуКороткие стихи про музыкуКороткие стихи про осеньКороткие стихи про папуКороткие стихи про семьюКороткие стихи про собакКороткие стихи про спортКороткие стихи про сынаКороткие стихи про школуКороткие стихи современных поэтовКороткие стихи, которые легко учатся

Все АвторыАгния БартоАделаида ГерцыкАлександр БлокАлександр ОдоевскийАлександр ПолежаевАлександр ПушкинАлександр РадищевАлександр СумароковАлексей АпухтинАлексей ЖемчужниковАлексей КольцовАлексей ПлещеевАлексей СурковАлексей ТолстойАндрей БелыйАнна АхматоваАнтон ДельвигАполлон ГригорьевАрсений ТарковскийАфанасий ФетБелла АхмадулинаБорис ПастернакБорис СлуцкийБулат ОкуджаваВадим ШершеневичВалерий БрюсовВасилий ЖуковскийВасилий КапнистВасилий КурочкинВасилий Лебедев-КумачВасилий ТредиаковскийВасилий ФедоровВелимир ХлебниковВера ИнберВильгельм КюхельбекерВладимир БенедиктовВладимир ВысоцкийВладимир МаяковскийВладимир НабоковВладимир НарбутВладимир СоловьевВладислав ХодасевичВсеволод БагрицкийВячеслав ИвановГабриэла МистральГавриил ДержавинГеоргий ИвановДавид СамойловДаниил ХармсДемьян БедныйДжек АлтаузенДжордж БайронДмитрий ВеневитиновДмитрий КедринДмитрий МережковскийЕвгений БаратынскийЕвгений ДолматовскийЕвдокия РостопчинаЗинаида ГиппиусИван АксаковИван БунинИван КозловИван КрыловИван НикитинИгорь СеверянинИлья ЭренбургИннокентий АнненскийИосиф БродскийИосиф УткинИрина ОдоевцеваКаролина ПавловаКондратий РылеевКонстантин БальмонтКонстантин БатюшковКонстантин ВаншенкинКонстантин РомановКонстантин СлучевскийКонстантин ФофановЛев МейЛев ТолстойЛеонид МартыновМаксим ГорькийМаксимилиан ВолошинМаргарита АлигерМария ПетровыхМацуо БасёМирра ЛохвицкаяМихаил АнчаровМихаил ГерасимовМихаил ЗенкевичМихаил КузминМихаил ЛермонтовМихаил СветловМуса ДжалильНиколай АгнивцевНиколай АсеевНиколай ГлазковНиколай ГумилевНиколай ЗаболоцкийНиколай КарамзинНиколай КлюевНиколай НекрасовНиколай ОгаревНиколай ОлейниковНиколай ОцупНиколай РерихНиколай РубцовНиколай ЯзыковНовелла МатвееваОгюст БарбьеОльга БерггольцПавел АнтокольскийПавел ВасильевПавел КоганПетр ВяземскийПьер-Жан БеранжеРюрик ИвневСаша ЧерныйСемен ГудзенкоСемен НадсонСергей АверинцевСергей ГородецкийСергей ЕсенинСергей КлычковСергей МихалковСофия ПарнокТатьяна РовицкаяТатьяна СмертинаФедор ГлинкаФедор СологубЧерубина де ГабриакЭдуард АсадовЭдуард БагрицкийЮлия ДрунинаЮргис БалтрушайтисЯков ПолонскийЯрослав СмеляковГётеТэффиУильям ШекспирАбдулхак ИгебаевАгибалова Т.Аделина АдалисАйгерим ТоктоматоваАким ЯковАкмалова АннаАкутагава РюносукэАл ЕфАлекс ТаирАлекс ФилимоновАлександр АнайкинАлександр АроновАлександр БазаджиевАлександр БашлачевАлександр БашлачёвАлександр БестужевАлександр БойчукАлександр БорисенкоАлександр БродскийАлександр БывшевАлександр ВведенскийАлександр ВертинскийАлександр ВихорАлександр ВоейковАлександр ГаврюшкинАлександр ГаличАлександр ГитовичАлександр ГрибоедовАлександр ДобролюбовАлександр ДольскийАлександр ЖаровАлександр ИвановАлександр ИзмайловАлександр КапьярАлександр КардаковАлександр КарпенкоАлександр КлимовАлександр КоваленковАлександр КожейкинАлександр КотлинАлександр КочетковАлександр КулябинАлександр КурсинскийАлександр КушнерАлександр ЛугарёвАлександр МежировАлександр МецгерАлександр Монвиж-МонтвидАлександр НивинАлександр ПрокофьевАлександр РозенбаумАлександр СашинАлександр СидельниковАлександр ТвардовскийАлександр ФёдоровАлександр ХаринАлександр ЧеремновАлександр ШибаевАлександр ШипицынАлександр ШиряевецАлександр ЩербаковАлександр ЭдерхартАлександр ЯшинАлександра ВеремейчикАлександра КрючковаАлександра НовиковаАлексей БолонскийАлексей ГанинАлексей ГастевАлексей ДмитриевАлексей ЕрошинАлексей Константинович ТолстойАлексей КрученыхАлексей МарковАлексей НескородовАлексей ПорошинАлексей РжевскийАлексей СелевАлексей СидоровАлексей СтариковАлексей ФатьяновАлексей ХомяковАлексей ШамаринАлексей ШевченкоАлексей ШлыгинАлена ВасильченкоАлена КирилинаАлена ТкачукАлена ТуданАлёша РякинАлина БелинаАлина МасловскаяАлла ЖэмАлла ЛапинаАлла ПолкановаАлла СтройлоАлла ФонинаАллен ГинзбергАльберт СигаловАльберт ШвейцерАля КудряшеваАнастасия БолюбашАнастасия ДобротаАнастасия КириченкоАнастасия ОрловаАнастасия ЧурбановаАнатолий АнисимовАнатолий БаркаевАнатолий БеляевАнатолий БолутенкоАнатолий ВоскобойниковАнатолий ГришинАнатолий ЖигулинАнатолий ЖуравлевАнатолий ЗагрядскийАнатолий МолчановАнатолий ОрловАнатолий ФоровАнатолий ЮхименкАнатолия ЛесныхАнгелина БолотскаяАндрей ВознесенскийАндрей ГеращенкоАндрей ДементьевАндрей ДенисовАндрей КолтоновскийАндрей ПоповАндрей СметанинАндрей УсачёвАндрей УсачевАндрей ЮркевичАнжела БерловаАнна АкмаловаАнна АлфероваАнна БарковаАнна БежелеваАнна БунинаАнна БуссоАнна ВалееваАнна ВишневскаяАнна ИвановаАнна ИгнатоваАнна КассариАнна КорчемкинаАнна КулагинаАнна ЛазареваАнна ЛуксАнна МиняеваАнна МогилевскаяАнна СиливончикАнтиох КантемирАнтон ПришелецАнтон ЧеховАнтонина БахАнфиса АнисимоваАнюта ВеснаАня АксеноваАня ЛитвиноваАня ЛуценкоАполлон КоринфскийАполлон МайковАриадна ЛещинскаяАрина ЗабавинаАрсений АльвингАрсений Голенищев-КутузовАртем ЛысечкоАртём ОкренецАртур ГариповАртур ГиваргизовАртюр РембоАся ГорскаяБез автораБезладнов В.Белинда НаизустьБертольд БрехтБоборахим МашрабБогдан ХудавердБорис АвсараговБорис БабушкинБорис ГлуховскийБорис ЗаходерБорис КорниловБорис НиколаевБорис ПоляковБорис ПоплавскийБорис РыжийБорис СадовскийБорис СадовскойБорис СердюкБорис СкрипниковБорис СмоленскийБорис СоловьевБорис ЧичибабинБорис ЭльшанскийБорисов В.Бэла БеловаВ.А. ДроздовВадим ГарднерВадим ДелонеВадим ЕгоровВадим КосовицкийВадим КрашенинниковВадим ЛевинВадим МалковВадим СемернинВадим СмолякВадим СыванВадим ШефнерВалентин БерестовВалентин ГафтВалентин ГлущенкоВалентин КатаевВалентин КатарсинВалентин ЛукшаВалентин СерыхВалентин СорокинВалентина ВолинаВалентина ДонниковаВалентина КошелеваВалентина ЛанцеттиВалентина НазароваВалентина СавковаВалентина СамотВалентина СкворцоваВалентина СтепнаяВалентина ЧерняеваВалентины КошелевойВалерий ВоскобойниковВалерий ПанинВалерий ПаранинВалерий ПрокошинВалерий СавостьяновВалерий ЧижовВалерия ЗайцеваВалерия КтянцВалерия ЛивинаВалерия СувороваВан ЯпинВарвара МирнаяВарлам ШаламовВасилий БажановВасилий КазинВасилий КаменскийВасилий КнязевВасилий КолосовВасилий КомаровскийВасилий МоругаВасилий Немирович-ДанченкоВасилий ПоповВасилий РепинВасилий ФедорченкоВасилий ФетисовВасилиск ГнедовВеликий князь К. К. РомановВеня Д’ркинВера АношинаВера Бутко, Вадим ЗинчукВера МорозоваВера ПавловаВера ПолозковаВера ПоповаВера ПраздничноваВера СвечинаВера ШуграеваВероника ДолинаВероника ТушноваВиеру ГригореВика ИвченкоВиктор БоковВиктор БулгаковВиктор ВикторовВиктор ГвоздевВиктор ГончаровВиктор ГусевВиктор ГюгоВиктор ИвановВиктор КалитинВиктор КирюшинВиктор КолесниковВиктор ЛунинВиктор ПавловВиктор ПетровВиктор СлётовВиктор СоснораВиктор ТуровВиктор ХесинВиктор ЦойВиктории Пекер-ТкачВиктория БарановскаяВиктория БурьянВиктория ВакулинскаяВиктория КондратенкоВиктория МожнаяВиктория ТкаченкоВиктория ЧорнийВильгельм ЗоргенфрейВиолетта БережнаяВиссарион ПетербургскийВиталий БакалдинВиталий КодрянВиталий РевякинВиталий СивяковВиталий ТунниковВиталий ЮрковВлад АмелинВладимир АгатовВладимир АуровВладимир БезладновВладимир БританишскийВладимир ВишневскийВладимир ВолкодавВладимир ВологдинВладимир ГеоргиевскийВладимир ГиляровскийВладимир ГиппиусВладимир ГудимовВладимир ДанькоВладимир ДинецВладимир ЕвплухинВладимир КоркинВладимир КорниловВладимир КостровВладимир ЛадыженскийВладимир ЛазаревВладимир ЛанинВладимир ЛившицВладимир ЛифшицВладимир ЛуговскойВладимир МальчевскийВладимир МарининВладимир МаслаковВладимир НочьВладимир ОрловВладимир ПриходькоВладимир РаевскийВладимир СидоровВладимир СолоухинВладимир СтепановВладимир ТоропыгинВладимир ТристанВладимир ТыцкихВладимир УткинВладимир УткинВладимир ШамонинВладимира КобецВладислав КорякинВладислав КрапивинВнуковский ТарасВсеволод КнязевВсеволод РождественскийВсегда первыйВячеслав АстеровВячеслав КузнецовВячеслав ЛейкинВячеслав РуденкоВячеслав ЧендыревГабдулла ТукайГавриил КаменевГайда ЛагздыньГалина АкимоваГалина АнтипинаГалина БобылёваГалина БоргульГалина БраиловскаяГалина ВоленбергГалина ГалинаГалина ГамперГалина ГлафираГалина ГрицаченкоГалина ДавыдоваГалина ДядинаГалина ЗеленкинаГалина ИльинаГалина ЛехманГалина МельниковаГалина Назаренко-УмбденштокГалина НовицкаяГалина ПетроваГалина ПургаГалина РукосуеваГалина СавельеваГалина СоренковаГалина СтаниславскаяГалина СтеценкоГалина ШалаеваГарина ЮдинаГеннадий АйгиГеннадий БрянскийГеннадий КротовГеннадий МалинскийГеннадий МалинскийГеннадий ОвруцкийГеннадий СеребряковГеннадий ТукачовГеннадий ШеховцовГеннадий ШпаликовГенри ЛонгфеллоГенрих АкуловГенрих ГейнеГенрих СапгирГеоргий АдамовичГеоргий ГраубинГеоргий ЛадонщиковГеоргий РублевГерман АбрамовГерман ХодыревГлеб ГорбовскийГрегори КорсоГригорий ВиеруГригорий ЕмельяновГригорий КоринГригорий ЛюшнинГромова Л.Гульшат ЗайнашеваГурия ОсмановаДавид БурлюкДавид КугультиновДайана Ди ПримаДана СидеросДаниил АндреевДарина УшаковаДарья ГерасимоваДарья КовалевскаяДарья ПономарёваДарья РостовскаяДаян КадырДениз ЛевертовДенис ДавыдовДжиоева ЛейлаДжон БеррименДжон ДоннДжон КитсДжордж АрнольдДиана КанДина БурачевскаяДмитрий БыковДмитрий ПерьковДмитрий ПинскийДмитрий ПолоновскийДмитрий ПоповДмитрий ПрусовДмитрий СтепановДмитрий СухаревДмитрий ЯблонскийДора ХайкинаДоронина ДарьяЕва ЧерноваЕвгений АграновичЕвгений АксельродЕвгений АрхипенкоЕвгений АстралЕвгений БерЕвгений БерезницкийЕвгений БочкарёвЕвгений ВинокуровЕвгений ГребенкаЕвгений ГрудановЕвгений ЕвтушенкоЕвгений КоковинЕвгений ЛебедевЕвгений МаркинЕвгений МартыновЕвгений ПоспеловЕвгений СанинЕвгений ТищенкоЕвгений ШишкинЕвгений ЩелконоговЕвгения ЕрмоленкоЕвгения МалёнкинаЕвгения СоснинаЕвгения ТрутневаЕвгения ШерманЕвстафий БернетЕгор ИсаевЕгор ЛетовЕкатерина ГорбовскаяЕкатерина ДовлатоваЕкатерина ЗоринаЕкатерина КаргановаЕкатерина МанычеваЕкатерина НеволькоЕкатерина СемиволЕкатерина СероваЕкатерина СидороваЕкатерина СоколовскаяЕкатерина ШелыгинаЕлена АксельродЕлена АлександроваЕлена АнохинаЕлена АрсенинаЕлена БлагининаЕлена БогдановаЕлена БонЕлена БорисоваЕлена ВайтЕлена ВесноваЕлена ВечтомоваЕлена ВиноградоваЕлена ВячеславовнаЕлена ГригорьеваЕлена ГуроЕлена ДолгихЕлена ДюкЕлена ЕвсееваЕлена ЗаостровцеваЕлена КарабеляЕлена КасьянЕлена КоролёваЕлена КравченкоЕлена ЛешоваЕлена ЛипатоваЕлена МазанкоЕлена Мельникова-КравченкоЕлена НаздрюхинаЕлена ОленинаЕлена ПавловаЕлена ПроценкоЕлена РанневаЕлена РодченковаЕлена РудаковаЕлена СалмоваЕлена СвиряеваЕлена СмирноваЕлена СтеквашоваЕлена ТарасоваЕлена ТибинаЕлена ТрофимоваЕлена ТрутневаЕлена ХоринскаяЕлена ЦарегородцеваЕлена ЧерныхЕлена ЧертоваЕлена ШаламоноваЕлена ЯковенкоЕлизавета СиротаЕлизавета СучковаЕлизавета ТараховскаяЕрмил КостровЕс СояЕфим ЗайцевскийЕфимова О.Жан де ЛафонтенЗайцева Р.Зарина МорскаяЗельвин ГорнЗинаида АлександроваЗинаида ПисьманЗинаида ТоропчинаЗинаида ЧеботареваЗлата БлагороднаяЗоя ЖурбенкоЗоя ПетроваЗульфия СалкоИван АбузинИван БарковИван ВаравваИван ДемьяновИван ДмитриевИван ДолгорукийИван ЕлагинИван ИгнатьевИван ИщукИван КабановИван КиуруИван КлюшниковИван КоневскойИван МельничукИван МятлевИван НаумовИван СуриковИван ТургеневИван ХемницерИварина МостовичИгорь БелкинИгорь ГуберманИгорь ЖдановИгорь ЖелновИгорь ЖуковИгорь ИртеньевИгорь КалишИгорь КобзевИгорь КоньковИгорь ЛарионовИгорь МазининИгорь МазнинИгорь МазунинИгорь СмирновИгорь СмолевскийИгорь ТюленевИгорь ФроловИгорь ШандраИгорь ШаферанИгорь ШевчукИгорь ШептухинИда ВекшегоноваИида ДакоцуИлона ГрошеваИльина ЕленаИлья ГрошевИлья ЗданевичИлья СельвинскийИнесса АгееваИнна ГамазковаИнна КашежеваИнна ЛевченкоИпполит БогдановичИра ДолиннаяИраида МордовинаИрина АртемукИрина АртлисИрина АсееваИрина БутримоваИрина ГавриловаИрина ГлушецИрина ГоловлёваИрина ГорюноваИрина ГуринаИрина ЕвдокимоваИрина ЗуенковаИрина МаляроваИрина МихашинаИрина ПивовароваИрина Самарина-ЛабиринтИрина СнеговаИрина ТетерчеваИрина ТокмаковаИрина ТрошинаИрина УстиноваИрина ФаузельИрис РевюКавахигаси ХэкиготоКазимир ЛисовскийКамышева Ю.Карл СэндбергКармелита КруглаяКатя ПиксаеваКирилл АвдеенкоКняжна ГорчаковаКозьма ПрутковКонстантин АксаковКонстантин АксеновКонстантин БалаевКонстантин БольшаковКонстантин ВагиновКонстантин ВуколовКонстантин ДеркаченкоКонстантин ЕфетовКонстантин ЖуравлевКонстантин ИбряевКонстантин ПрисяжнюкКонстантин РошеКонстантин СимоновКонстантинос КавафисКорней ЧуковскийКсюша ИвановаЛана КарпинскаяЛана ЛукановаЛаптева ТатьянаЛара ИвановнаЛариса АлександроваЛариса ВасильеваЛариса МиллерЛариса НекрасоваЛариса РубальскаяЛариса РучкоЛариса ТитаренкоЛариса УлитинаЛариса ШатуноваЛариса ШахбазянЛасковый мирЛаэрт ДобровольскийЛе Рой ДжонсЛев ДрускинЛев КвиткоЛев КузьминЛев КуклинЛев МирошниченкоЛев ОзеровЛев ОшанинЛев РахлисЛев СмирновЛев ЭллисЛена ГершманЛена ОдинцоваЛена СтепановаЛенгстон ХьюзЛеон ГроховскийЛеонид ГубановЛеонид ДьяконовЛеонид ЗавальнюкЛеонид ЗахаровЛеонид КаминскийЛеонид КаннегисерЛеонид КоноплянкоЛеонид КорниловЛеонид СорокаЛеонид ФилатовЛеонид ШкавроЛидия КалашниковаЛидия КурзаеваЛидия НевскаяЛидия НекрасоваЛидия ОгурцоваЛидия ПреображенскаяЛидия СлуцкаяЛидия ЧарскаяЛидия ЧуковскаяЛика РазумоваЛилия СклярЛина МаксЛина ПавловаЛиодор ПальминЛира ЕрошевскаяЛоуренс ФерлингеттиЛюбовь ВласоваЛюбовь ВоронковаЛюбовь мояЛюбовь СамойленкоЛюбовь СиротаЛюбовь СтепановаЛюбовь СтолицаЛюдмила АббасоваЛюдмила ВасюхноЛюдмила ВилькинаЛюдмила ВладимироваЛюдмила ГенераловаЛюдмила Гефнер КинцельЛюдмила ГромоваЛюдмила ГусельниковаЛюдмила ДругаяЛюдмила КоролеваЛюдмила ЛевинаЛюдмила ЛутаеваЛюдмила МаксимчукЛюдмила РомановаЛюдмила СавинаЛюдмила СопинаЛюдмила ТатьяничеваЛюдмила УлановаЛюдмила ФадееваЛюдмила ФоменокЛюдмила ШевченкоЛюдмила ШмидтЛюдмила ЩерблюкЛюдмила ЯцураМайя РумянцеваМайя ЮрасоваМаксим СтраховМаргарет ТроутонМаргарита АгашинаМаргарита ИвенсенМаргарита КучуковаМаргарита СилинскаяМарианна ЗаигралинаМарианна ЛебедеваМарианна МурМарина БеляеваМарина БойковаМарина БородицкаяМарина ВолковаМарина ГавринаМарина ДадаловаМарина ДёмкинаМарина ИльинскаяМарина КазаринаМарина Корнеева-ЕвтееваМарина ЛобанокМарина МартыноваМарина НовицкаяМарина ОкуневаМарина ТахистоваМарина ФейгинаМарина ЦветаеваМарина ЯнаеваМариэтта ШагинянМария КаминскаяМария КлоковаМария КурохтинаМария КуткарМария ЛангерМария ЛьвоваМария МальцеваМария МитлинаМария МоравскаяМария НогаеваМария ПожароваМария СемёноваМария СикинаМария ЩелочковаМарк ВейцманМарк ЛисянскийМарк ЛьвовскийМарк ШварцМартин ОпицМарьяна БажановаМасалова В.Масаока СикиМахмуд Отар-МухмадовМаша ЛукашкинаМидзухара СюосиМиронов Андрей ВалерьевичМирсаид БеркеМихаил БурчакМихаил ВладимовМихаил ГолодныйМихаил ГрозовскийМихаил ДмитриевМихаил ДудинМихаил ИсаковскийМихаил КозубовскийМихаил КривовМихаил КрюковМихаил КульчицкийМихаил ЛарионовМихаил ЛомоносовМихаил ЛукашевичМихаил ЛьвовМихаил МироновМихаил НожкинМихаил ПляцковскийМихаил ПридворовМихаил РябининМихаил СадовскийМихаил Цетлин (Амари)Михаил ШварцМихаил ЭлькинМихаил ЯсновМорис КаремМуха РенатаНадежда БичуринаНадежда ВеденяпинаНадежда ВороноваНадежда ГригорьеваНадежда ЛасточкинаНадежда РадченкоНадежда СубботинаНадежда ХрамоваНадежда ШемякинаНадежда ШмуренкоНадя СабриНадя ХилтонНазар НаджмиНайто МэйсэцуНакамура КусадаоНастя ДобротаНатали ЗеленоглазаяНатали СамонийНаталия БарыгинаНаталия ГорленкоНаталия ГроссНаталия ЗубареваНаталия КаретниковаНаталия КравченкоНаталия СамонийНаталия ФилипповаНаталия ШелягНаталья АнишинаНаталья АришинаНаталья АстафьеваНаталья БирюковаНаталья ГалишниковаНаталья ГорбаневскаяНаталья ГребенкоНаталья ДроздоваНаталья ЗабилаНаталья ЗимневаНаталья ИвановаНаталья КапустюкНаталья КнушевицкаяНаталья КолмогороваНаталья КончаловскаяНаталья Крандиевская-ТолстаяНаталья КургалинаНаталья ЛетошкоНаталья МайданикНаталья МайерНаталья МихайловаНаталья ОчкурНаталья РадолинаНаталья РогачеваНаталья РодивилинаНаталья РозбицкаяНаталья СамонийНаталья Седова-ШмелёваНаталья ТомилинаНаталья ФалеваНаталья ФёдороваНаталья ФилимоненкоНаталья ХолмецкаяНаталья ХрущеваНаталья ЧерницкаяНаталья ШаллеНаталья ШевченкоНаташа Есенина -АндромедаНаум ГребневНаум КоржавинНацумэ СосэкиНика АлександроваНикитин Иван СаввичНиколаева АлинаНиколаи КутовНиколай АлтуховНиколай АшукинНиколай БербецНиколай БондаренкоНиколай БраунНиколай БурмашевНиколай БутенкоНиколай ВентцельНиколай ГербельНиколай ГлейзаровНиколай ГнедичНиколай ГогольНиколай ГончаровНиколай ГраховНиколай ГрибачевНиколай ГумилёвНиколай ДикНиколай ДмитриевНиколай ДобролюбовНиколай ДобронравовНиколай ДоризоНиколай ДымченкоНиколай ЗиновьевНиколай КобецНиколай КупринНиколай ЛоткинНиколай МалышевНиколай МинскийНиколай МихинНиколай ОтрадаНиколай ПавлиновНиколай РачковНиколай СтаршиновНиколай ТаранцовНиколай ТихоновНиколай ЯрославцевНикон СочихинНина ВеселоваНина ВоронельНина Гаген-ТорнНина НайденоваНина ПикулеваНина СаконскаяНина СтожковаНина СтручковаНина ЦветковаНинель ЭпатоваНини КиселёваНоябрьский СергейНуры БайрамовОк МельниковаОксана АхметоваОксана ВарниковаОксана ДрагоОксана ЕршоваОксана ПосоховаОксана СибирьОлег АндреевОлег БундурОлег ГригорьевОлег ЕсинОлег ЛукьяновОлег МеховОлег МиськоОлег МитяевОлег РозманОлег СердобольскийОлег ШестинскийОлег ШировОлеся ЕмельяноваОльга АвтономоваОльга АштоОльга БеляевскаяОльга ВысотскаяОльга ЕрмолаеваОльга ЗаряОльга КолесникОльга КорнееваОльга КульневскаяОльга МажугинаОльга МайОльга МартинОльга МасловаОльга МатыцинаОльга МонОльга НаумоваОльга ПанчишкинаОльга ПарталаОльга ПисареваОльга ПовещенкоОльга СавицкаяОльга СапожниковаОльга СедаковаОльга СкворцоваОльга ТииановаОльга ТравинаОльга ЧекашоваОльга ЧернорицкаяОльга ЧусовитинаОля ЛукоеваОмар ХайямОсип МандельштамОскар УайльдПабло НерудаПавел АлексеенкоПавел АшукинПавел ВеликжанинПавел КатенинПавел КовалевскийПавел ПотехинПавел РадимовПавел ХмараПервая любовьПерси Биши ШеллиПетр ВейнбергПетр ВолковПетр ДавыдовПетр ЕршовПётр КольцовПётр МазикинПётр СинявскийПетр СинявскийПетр СоловьевПетр ФилатовПетр ЧерныхПетрусь БровкаПисарчук ДубльПлатон ВоронькоПодковыров П.Полина НиколаеваПолина ПоповаПтица С.Пушкова ЕленаРабиндранат ТагорРаим ФархадиРаиса КудашеваРаиса СтукалоРайнер Мария РилькеРальф Уолдо ЭмерсонРан БосилекРасул ГамзатовРедьярд КиплингРенат ГильфановРената МухаРима ДышаленковаРимма АлдонинаРимма ДышаленковаРимма КазаковаРичард БротиганРоберт БернсРоберт Луис СтивенсонРоберт РождественскийРоберт ФростРобинсон ДжефферсРождение детишекРоман АнгелисРоман СамсоновРоман СефРуслан НиязовРустам ГаибназаровРэндалл ДжарреллСабир АбдуллаСавелий ГринбергСалават ЮлаевСамуил КиссинСамуил МаршакСаша АндрияновСаша ЧёрныйСветлана АвтономоваСветлана БажинаСветлана БогданСветлана ВойтюкСветлана ДонченкоСветлана ИлларионоваСветлана КомогорцеваСветлана КопыловаСветлана ЛуцакСветлана ОдинокаяСветлана ПшеничныхСветлана РомашинаСветлана РусановскаяСветлана СонСветлана СтраусоваСветлана УлановаСветлана ЧеколаеваСвятослав ГорбачёвСегодня праздникСемен БобровСемён БотвинникСемён ГудзенкоСемён КирсановСемен КирсановСемен ОстровскийСемен ПивоваровСерафим СамаркинСергей АксаковСергей АлымовСергей БагровыйСергей БаженовСергей БаруздинСергей БобровСергей ВикуловСергей ВолковСергей ГандлевскийСергей ДавыдовСергей ДрофенкоСергей ДуровСергей ЕгоровСергей ЗагородновСергей ИвановСергей КашканСергей КирносовСергей КозловСергей КондратьевСергей КрасниковСергей ЛюбарскийСергей МuxaлковСергей МахотинСергей МоскалёвСергей НаровчатовСергей ОбрадовичСергей ОлексякСергей ОрловСергей ОстровойСергей ПогореловскийСергей ПоделковСергей ПрилуцкийСергей СапоненкоСергей СатинСергей СерёжкинСергей СкачкоСергей СметанинСергей СмирновСергей СоферСергей СтрельниковСергей СухонинСергей ХохловСерега КалякинСерёжа СерыйСильвия ПлатСинтия СтефановскаяСнежана КовалевскаяСола МоноваСофи ДобролюбовскаяСпиридон ДрожжинСтанислав ВостоковСтанислав КолесниковСтанислав МихайленкоСтепан ЩипачёвСтепан ЩипачевТакахама КёсиТамара БабенкоТамара ВтороваТамара КошеваяТамара МаршаловаТамара МузычукТамара НикитинаТамара ШашеваТамара ШумейкоТанэда СантокаТаня ЛаринаТаня РозентальТарасова НадеждаТатьяна АванесоваТатьяна АгибаловаТатьяна АмановаТатьяна АшапинаТатьяна БекТатьяна БоковаТатьяна ВарламоваТатьяна ВасилиадиТатьяна ВолгинаТатьяна ВоронцоваТатьяна ГалаховаТатьяна ГерасимоваТатьяна ГореловаТатьяна ГостюхинаТатьяна ГусароваТатьяна Дегтярёва-ЕсинаТатьяна ДементьеваТатьяна ЕфимоваТатьяна ЗачёсоваТатьяна КайгородоваТатьяна КарелинаТатьяна КарловаТатьяна КерстенТатьяна КоноваловаТатьяна КуниловаТатьяна КушнареваТатьяна ЛавроваТатьяна ЛаринаТатьяна ЛевинаТатьяна ЛутаваТатьяна МихайленкоТатьяна НенашеваТатьяна ПетуховаТатьяна ПивовароффТатьяна ПодцветоваТатьяна Рогачева-БеляеваТатьяна РябинаТатьяна СиницкаяТатьяна СнежинаТатьяна СухановаТатьяна УстименкоТатьяна ФроловаТатьяна ШапироТатьяна Щепкина-КуперникТатьянин деньТатьяны КузовлевойТвоя судьбаТеодор РеткеТерентий ТравникТим СобакинТимофей БелозеровТихон ЧурилинТо Ли Кошка То Ли ПтицаТома НазароваТудан АленаТулий КлецельманУбайд РаджабУильям БлейкУильям ВордсвортУильям Каллен БрайантУильям Карлос УильямсУистен Хью ОденУолт УитменФаина БайковаФедерико Гарсиа ЛоркаФедор ДостоевскийФедор КониФедор СваровскийФедор ТютчевФеликс ВолховскийФеликс КривинФеликс ЧуевФелис КактусФрантишек ГрубинФранческо ПетраркаФрида ПолакФридрих ШиллерФрэнсис Брет ГартЧарльз БуковскиЧитаешь чужое, а видишьШарль БодлерШвец В.Шеянова ДарьяШура БондарьЭд ДикийЭдвард Эстлин КаммингсЭдвин Арлингтон РобинсонЭдгар Аллан ПоЭдит СницарукЭдуард УспенскийЭзра ПаундЭлена КерраЭлида ДубровинаЭльвира БольшаковаЭльдар РязановЭмили ДикинсонЭмиль ВерхарнЭмма МошковскаяЭндрю ФризЭриан ШульцЭрих Мария РемаркЭрнст УсмановЮлий ВанагЮлий ДаниэльЮлий КимЮлий ТрескинЮлия АхметьяноваЮлия БелоусоваЮлия БортновскаяЮлия ВихареваЮлия Волкова-АрсентьеваЮлия ЖадовскаяЮлия ЗапольскихЮлия КаспароваЮлия КрыловаЮлия ОлиферЮлия ПономареваЮлия РуденкоЮлия СимбирскаяЮлия СинкевичЮлия ТимофееваЮлия ЧерешенкаЮнна МорицЮрий ВайнЮрий ВерховскийЮрий ВизборЮрий ВладимировЮрий ВороновЮрий ВэллаЮрий ВязовченкоЮрий ГалансковЮрий ГардашЮрий КалугинЮрий КоринецЮрий КраснокутскийЮрий КузнецовЮрий КушакЮрий ЛевитанскийЮрий МарковцевЮрий НепольскийЮрий ПоляковЮрий РехтерЮрий РяшенцевЮрий СамойловЮрий СвешниковЮрий СлатовЮрий СогринЮрий СоловьевЮрий ШмидтЮрий ЭнтинЯков АкимЯков КняжнинЯн БжехваЯн РайбургЯна ГришинаЯна ДубенскаяЯна Новикова-ПашкевичЯна ЩербинаЯнина ДягутитеБевланБожидарГорацийДзоттаПожарникПожарникиПолицияПоль ВерленСайгёСамараСенекаЭзопЭризн

Стихи Лермонтова о Кавказе(Стихотворения «Кавказ»,»Черкешенка» и др.)

Подобно племени Батыя,
Изменит прадедам Кавказ:
Забудет брани вещий глас,
Оставит стрелы боевые… ..
И к тем скалам, где крылись вы,
Подъедет путник без боязни,
И возвестят о вашей казни
Преданья темные молвы!..
А. Пушкин.

Уж в горах солнце исчезает,
В долинах всюду мертвый сон,
Заря, блистая, угасает,
Вдали гудит протяжный звон,
Покрыто мглой туманно поле,
Зарница блещет в небесах,
В долинах стад не видно боле,
Лишь серны скачут на холмах.
И серый волк бежит чрез горы;
Его свирепо блещут взоры.
В тени развесистых дубов
Влезает он в свою берлогу.
За ним бежит через дорогу
С ружьем охотник, пара псов
На сворах рвутся с нетерпенья;
Все тихо; и в глуши лесов

Не слышно жалобного пенья
Пустынной иволги; лишь там
Весенний ветерок играет,
Перелетая по кустам;
В глуши кукушка занывает;
И на дупле как тень сидит
Полночный ворон и кричит.
Меж диких скал крутит, сверкает
Подале Терек за горой;
Высокий берег подмывает,
Крутяся, пеною седой.
Одето небо черной мглою,
В тумане месяц чуть блестит;
Лишь на сухих скалах травою
Полночный ветер шевелит.
На холмах маяки блистают;
Там стражи русские стоят;
Их копья острые блестят;
Друг друга громко окликают:
«Не спи, казак, во тьме ночной;
Чеченцы ходят за рекой!»
Но вот они стрелу пускают,
Взвилась! — и падает казак
С окровавленного кургана;
В очах его смертельный мрак:
Ему не зреть родного Дона,
Ни милых сердцу, ни семью:
Он жизнь окончил здесь свою.

В густом лесу видна поляна,
Чуть освещенная луной,
Мелькают, будто из тумана,
Огни на крепости большой.
Вдруг слышен шорох за кустами,
Въезжают несколько людей;
Обкинув все кругом очами,
Они слезают с лошадей.
На каждом шашка,
за плечами Ружье заряжено висит,
Два пистолета, борзы кони;
По бурке на седле лежит.
Огонь черкесы зажигают,
И все садятся тут кругом;
Привязанные к деревам
В лесу кони траву щипают,
Клубится дым, огонь трещит,
Кругом поляна вся блестит.

Один черкес одет в кольчугу,
Из серебра его наряд,
Уздени вкруг него сидят;
Другие ж все лежат по лугу.
Иные чистят шашки остры
Иль навостряют стрелы быстры.
Кругом все тихо, все молчит.
Восстал вдруг князь и говорит:
«Черкесы, мой народ военный,
Готовы будьте всякий час,
На жертву смерти — смерти славной
Не всяк достоин здесь из вас.
Взгляните: в крепости высокой
В цепях, в тюрьме, мой брат сидит,
В печали, в скорби, одинокой,
Его спасу иль мне не жить.
Вчера я спал под хладной мглой
И вдруг увидел будто брата,
Что он стоял передо мной —
И мне сказал: «Минуты трата,
И я погиб, — спаси меня»;
Но призрак легкий вдруг сокрылся;
С сырой земли поднялся я;
Его спасти я устремился;
И вот ищу и ночь и день;
И призрак легкий не являлся
С тех пор, как брата бледна тень
Меня звала, и я старался
Его избавить от оков;
И я на смерть всегда готов!
Теперь, клянуся Магометом,
Клянусь, клянуся целым светом!..
Настал неизбежимый час,
Для русских смерть или мученье
Иль мне взглянуть в последний раз
На ярко солнце восхожденье».
Умолкнул князь.
И все трикратно Повторили его слова:
«Погибнуть русским невозвратно
Иль с тела свалится глава».

Восток, алея, пламенеет,
И день заботливый светлеет.
Уже в селах кричит петух;
Уж месяц в облаке потух.
Денница, тихо поднимаясь,
Златит холмы и тихий бор;
И юный луч, со тьмой сражаясь,
Вдруг показался из-за гор.
Колосья в поле под серпами
Ложатся желтыми рядами.
Все утром дышит; ветерок
Играет в Тереке на волнах,
Вздымает зыблемый песок.
Свод неба синий тих и чист;
Прохлада с речки повевает,
Прелестный запах юный лист
С весенней свежестью сливает.
Везде, кругом сгустился лес,
Повсюду тихое молчанье;
Струей, сквозь темный свод древес
Прокравшись, дневное сиянье
Верхи и корни золотит.
Лишь ветра тихим дуновеньем
Сорван листок летит, блестит,
Смущая тишину паденьем.
Но вот, приметя свет дневной,
Черкесы на коней садятся,
Быстрее стрел по лесу мчатся,
Как пчел неутомимый рой,
Сокрылися в тени густой.

О, если б ты, прекрасный день,
Гнал так же горесть, страх, смятенья,
Как гонишь ты ночную тень
И снов обманчивых виденья!
Заутрень в граде дальний звон
По роще ветром разнесен;
И на горе стоит высокой
Прекрасный град, там слышен громкий
Стук барабанов, и войска,
Закинув ружья на плеча,
Стоят на площади. И в параде
Народ весь в праздничном наряде
Идет из церкви. Стук карет,
Колясок, дрожек раздается;
На небе стая галок вьется;
Всяк в дом свой завтракать идет;
Там — тихо ставни растворяют;
Там по улице гуляют
Иль идут войско посмотреть
В большую крепость. Но чернеть
Уж стали тучи за горами,
И только яркими лучами
Блистало солнце с высоты;
И ветр бежал через кусты.
Уж войско хочет расходиться ,
В большую крепость на горе;
Но топот слышен в тишине.

Вдали густая пыль клубится.
И видят, кто-то на коне
С оглядкой боязливой мчится.
Но вот он здесь уж, вот слезает;
К начальнику он подбегает
И говорит: «Погибель нам!
Вели готовиться войскам;
Черкесы мчатся за горами,
Нас было двое, и за нами
Они пустились на конях.
Меня объял внезапный страх;
Насилу я от них умчался;
Да конь хорош, а то б попался».

Начальник всем полкам велел
Сбираться к бою, зазвенел
Набатный колокол; толпятся,
Мятутся, строятся, делятся;
Вороты крепости сперлись.
Иные вихрем понеслись
Остановить черкесску силу
Иль с славою вкусить могилу.
И видно зарево кругом;
Черкесы поле покрывают,
Ряды, как львы, перебегают;
Со звоном сшибся меч с мечом;
И разом храброго не стало.
Ядро во мраке прожужжало,
И целый ряд бесстрашных пал;
Но все смешались в дыме черном.
Здесь бурный конь с копьем вонзенным,
Вскочивши на дыбы, заржал,
Сквозь русские ряды несется,
Упал на землю, сильно рвется,
Покрывши всадника собой,
Повсюду слышен стон и вой.
Пушек гром везде грохочет;
А здесь изрубленный герой
Воззвать к дружине верной хочет;
И голос замер на устах.
Другой бежит на поле ратном;
Бежит, глотая пыль и прах;
Трикрат сверкнул мечом булатным,
И в воздухе недвижим меч;
Звеня, падет кольчуга с плеч;
Копье рамена прободает,
И хлещет кровь из них рекой.
Несчастный раны зажимает
Холодной, трепетной рукой.
Еще ружье свое он ищет;
Повсюду стук, и пули свищут;
Повсюду, слышен пушек вой;
Повсюду смерть и ужас мещет
В горах, и в долах, и в лесах;
Во граде жители трепещут;
И гул несется в небесах.
Иный черкеса поражает;
Бесплодно меч его сверкает.
Махнул еще; его рука,
Подъята вверх, окостенела.
Бежать хотел. Его нога
Дрожит недвижима, замлела;
Встает и пал. Но вот несется
На лошади черкес лихой
Сквозь ряд штыков; он сильно рвется
И держит меч над головой;
Он с казаком вступает в бой;
Их сабли остры ярко блещут;
Уж лук звенит, стрела трепещет;
Удар несется роковой.
Стрела блестит, свистит, мелькает
И вмиг казака убивает.
Но вдруг, толпою окружен,
Копьями острыми пронзен,
Князь сам от раны издыхает;
Падет с коня — и все бегут
И бранно поле оставляют.
Лишь ядры русские ревут
Над их, ужасно, головой.
Помалу тихнет шумный бои.
Лишь под горами пыль клубится.
Черкесы побежденны мчатся,
Преследоваемы толпой
Сынов неустрашимых Дона,
Которых Рейн, Лоар и Рона
Видали на своих брегах,
Несут за ними смерть и страх.

Утихло все: лишь изредка
Услышишь выстрел за горою;
Редко видно казака,
Несущегося прямо к бою,
И в стане русском уж покой.
Спасен и град, и над рекой
Маяк блестит, и сторож бродит,
В окружность быстрым оком смотрит
И на плече ружье несет.
Лишь только слышно: «Кто идет»,
Лишь громко «слушай» раздается;
Лишь только редко пронесется
Лихой казак чрез русский стан.
Лишь редко крикнет черный вран
Голодный, трупы пожирая;
Лишь изредка мелькнет, блистая,
Огонь в палатке у солдат.
И редко чуть блеснет булат,
Заржавый от крови в сраженье,
Иль крикнет вдруг в уединенье
Близ стана русский часовой;
Везде господствует покой.

Лучшие стихотворения Михаила Лермонтова о Кавказе

Портрет Михаила Юрьевича кисти Петра Заболотского. 1837.

На Кавказе поэт бывал в детстве, а в сознательном возрасте попал сюда после стихотворения «Смерть поэта». Здесь он пробыл несколько месяцев и вернулся, благодаря хлопотам бабушки. Однако поездка произвела на него неизгладимое впечатление, он влюбился в суровую природу гор, в жизнь и быт их обитателей, в местный фольклор. После этой поездки он создает давно задуманные поэмы «Демон» и «Мцыри».

В 1840 году после дуэли его снова отправили на Кавказ, к тому времени он уже вынашивал идею романа «Герой нашего времени». Судьба распорядилась, чтобы именно здесь и оборвалась его жизнь. 27 июля 1841 года его застрелил на дуэли Николай Мартынов. Во многих его стихах, поэмах, а также главном романе «Герой нашего времени», присутствует Кавказ. Сегодня вспоминаем стихи.

Кавказ

Хотя я судьбой на заре моих дней, О южные горы, отторгнут от вас, Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз: Как сладкую песню отчизны моей, Люблю я Кавказ.

В младенческих летах я мать потерял. Но мнилось, что в розовый вечера час Та степь повторяла мне памятный глас. За это люблю я вершины тех скал, Люблю я Кавказ.

Я счастлив был с вами, ущелия гор; Пять лет пронеслось: все тоскую по вас. Там видел я пару божественных глаз; И сердце лепечет, воспомня тот взор: Люблю я Кавказ!..

В этом гроте встречались Печорин и Вера. Архитекторы братья Бернардацци придали декоративный вид естественной пещере.

Кинжал

Люблю тебя, булатный мой кинжал, Товарищ светлый и холодный. Задумчивый грузин на месть тебя ковал, На грозный бой точил черкес свободный.

Лилейная рука тебя мне поднесла В знак памяти, в минуту расставанья, И в первый раз не кровь вдоль по тебе текла, Но светлая слеза — жемчужина страданья.

И черные глаза, остановясь на мне, Исполнены таинственной печали, Как сталь твоя при трепетном огне, То вдруг тускнели, то сверкали.

Ты дан мне в спутники, любви залог немой, И страннику в тебе пример не бесполезный; Да, я не изменюсь и буду тверд душой, Как ты, как ты, мой друг железный.

За неделю до смерти Лермонтов был рганизатором бала в гроте Дианы.

Синие горы Кавказа, приветствую вас!

Синие горы Кавказа, приветствую вас! вы взлелеяли детство мое; вы носили меня на своих одичалых хребтах, облаками меня одевали, вы к небу меня приучили, и я с той поры все мечтаю об вас да о небе. Престолы природы, с которых как дым улетают громовые тучи, кто раз лишь на ваших вершинах творцу помолился, тот жизнь презирает, хотя в то мгновенье гордился он ею!..

Часто во время зари я глядел на снега и далекие льдины утесов; они так сияли в лучах восходящего солнца, и в розовый блеск одеваясь, они, между тем как внизу все темно, возвещали прохожему утро. И розовый цвет их подобился цвету стыда: как будто девицы, когда вдруг увидят мужчину купаясь, в таком уж смущеньи, что белой одежды накинуть на грудь не успеют.

Как я любил твои бури, Кавказ! те пустынные громкие бури, которым пещеры как стражи ночей отвечают!.. На гладком холме одинокое дерево, ветром, дождями нагнутое, иль виноградник, шумящий в ущелье, и путь неизвестный над пропастью, где, покрываяся пеной, бежит безымянная речка, и выстрел нежданный, и страх после выстрела: враг ли коварный иль просто охотник… все, все в этом крае прекрасно.

Воздух там чист, как молитва ребенка; И люди как вольные птицы живут беззаботно; Война их стихия; и в смуглых чертах их душа говорит. В дымной сакле, землей иль сухим тростником Покровенной, таятся их жены и девы и чистят оружье, И шьют серебром — в тишине увядая Душою — желающей, южной, с цепями судьбы незнакомой.

Эолова арфа в Пятигорске упоминается в «Княжне Мери»: «На крутой скале, где построен павильон, называемый Эоловой арфой, торчали любители видов и наводили телескоп на Эльбрус».

Кавказу

Кавказ! далекая страна! Жилище вольности простой! И ты несчастьями полна И окровавлена войной!.. Ужель пещеры и скалы Под дикой пеленою мглы Услышат также крик страстей, Звон славы, злата и цепей?.. Нет! прошлых лет не ожидай, Черкес, в отечество своё: Свободе прежде милый край Приметно гибнет для неё.

Домик, где Лермонтов жил в Пятигорске, и куда его доставили после дуэли.

Утро на Кавказе

Светает — вьется дикой пеленой Вокруг лесистых гор туман ночной; Еще у ног Кавказа тишина; Молчит табун, река журчит одна. Вот на скале новорожденный луч Зарделся вдруг, прорезавшись меж туч, И розовый по речке и шатрам Разлился блеск, и светит там и там: Так девушки купаяся в тени, Когда увидят юношу они, Краснеют все, к земле склоняют взор: Но как бежать, коль близок милый вор!

Обелиск на месте гибели поэта у подножия Машука.

Казачья колыбельная песня

Спи, младенец мой прекрасный, Баюшки-баю. Тихо смотрит месяц ясный В колыбель твою. Стану сказывать я сказки, Песенку спою; Ты ж дремли, закрывши глазки, Баюшки-баю.

По камням струится Терек, Плещет мутный вал; Злой чечен ползет на берег, Точит свой кинжал; Но отец твой старый воин, Закален в бою: Спи, малютка, будь спокоен, Баюшки-баю.

Сам узнаешь, будет время, Бранное житье; Смело вденешь ногу в стремя И возьмешь ружье. Я седельце боевое Шелком разошью… Спи, дитя мое родное, Баюшки-баю.

Богатырь ты будешь с виду И казак душой. Провожать тебя я выйду — Ты махнешь рукой… Сколько горьких слез украдкой Я в ту ночь пролью!.. Спи, мой ангел, тихо, сладко, Баюшки-баю.

Стану я тоской томиться, Безутешно ждать; Стану целый день молиться, По ночам гадать; Стану думать, что скучаешь Ты в чужом краю… Спи ж, пока забот не знаешь, Баюшки-баю.

Дам тебе я на дорогу Образок святой: Ты его, моляся богу, Ставь перед собой; Да готовясь в бой опасный, Помни мать свою… Спи, младенец мой прекрасный, Баюшки-баю.

Поэт погиб в возрасте 27 лет…

Тамара

В глубокой теснине Дарьяла, Где роется Терек во мгле, Старинная башня стояла, Чернея на черной скале. В той башне высокой и тесной Царица Тамара жила: Прекрасна, как ангел небесный, Как демон, коварна и зла. И там сквозь туман полуночи Блистал огонек золотой, Кидался он путнику в очи, Манил он на отдых ночной.

И слышался голос Тамары: Он весь был желанье и страсть, В нем были всесильные чары, Была непонятная власть. На голос невидимой пери Шел воин, купец и пастух: Пред ним отворялися двери, Встречал его мрачный евнух. На мягкой пуховой постели, В парчу и жемчуг убрана, Ждала она гостя… Шипели Пред нею два кубка вина. Сплетались горячие руки, Уста прилипали к устам, И странные, дикие звуки Всю ночь раздавалися там. Как будто в ту башню пустую Сто юношей пылких и жен Сошлися на свадьбу ночную, На тризну больших похорон. Но только что утра сиянье Кидало свой луч по горам, Мгновенно и мрак и молчанье Опять воцарялися там. Лишь Терек в теснине Дарьяла, Гремя, нарушал тишину;

Волна на волну набегала, Волна погоняла волну; И с плачем безгласное тело Спешили они унести; В окне тогда что-то белело, Звучало оттуда: прости. И было так нежно прощанье, Так сладко тот голос звучал, Как будто восторги свиданья И ласки любви обещал.

«МК-Кавказ» публикует стихи поэтов-фронтовиков — МК Ставрополь (Кавказ)

ВЕНИАМИН АЩЕУЛОВ

Вениамин Абрамович Ащеулов Великую Отечественную войну встретил курсантом полковой школы. Боевое крещение получил в кровопролитных боях под Москвой. Находясь в самом пекле войны, он командовал пулеметным расчетом, группой десантников на броне, разведгруппой. Был трижды ранен, а после госпиталя, едва залечив раны, он вновь оказывался на передовой.

Одна из главных тем в творчестве Вениамина Ащеулова – память солдата о боевых друзьях, о боли и горечи утрат. Ему, прошедшему войну от начала до конца, по собственному признанию, очень «хотелось напомнить новому поколению об их священном долге – чтить память павших и никогда не забывать о том, во имя чего их боевые предшественники отдали свои жизни».

Фронтовая дорога

Избита вся и вся изрыта,

Ты и печалишь, и гневишь.

Ты вся, как после тяжких пыток,

В глубоких шрамах огневых.

Бредём в пыли за ротой – рота,

А ты гудишь, а ты ревёшь.

И, может быть, за поворотом

Ты чьи-то жизни оборвёшь.

Но разве может обессилеть

Живой, над павшими скорбя,

Когда вослед глядит Россия

И ждёт победы от тебя?!

И огонь в душе не убывает,

Хоть и смолк противник пред тобой.

На войне затишья не бывает, –

В том затишье зреет новый бой.

ЯН БЕРНАРД

Ян Игнатьевич Бернард родился в 1937 году в Варшаве, в семье польского коммуниста-подпольщика. Под бомбежкой во время германо-польской войны потерялась его мать. Отец с двумя малышами – Яном и его десятилетним братом – добрался до границы Советского Союза. Вместе с детьми служил в Красной Армии в батальоне под Сталинградом. Там Ян с братом стали «детьми батальона». На глазах у пятилетнего мальчика умирали люди, происходили настоящие жизненные трагедии. Воспоминаниям о детстве посвящена его книга «Дети батальона».

Минное поле детства

Я в батальоне, точно в школе,

Учился азбуке войны.

Однажды я на минном поле

Нарвал живой голубизны.

Случилось это утром рано.

Степной полынью пахла тишь.

И вдруг у сонного кургана

Солдат мне крикнул: «Стой, малыш!»

О, как он крикнул хриплым горлом!

Я понял: поле – западня!

И всё ж я был спасён минёром,

Он с поля выводил меня.

Прошли мы вместе эту пытку.

Минуло столько лет с тех пор…

Но с детства каждую травинку

Я ощущаю, как минёр.

АНДРЕЙ ИСАКОВ

Андрей Максимович Исаков в годы Великой Отечественной войны был корреспондентом фронтовой печати. В армейских газетах печатались его корреспонденции, стихи, стихотворные фельетоны. За боевые заслуги был награждён орденом Красной Звезды.

Он также много работал и как переводчик с языков народов Кавказа – поэм калмыка Морхаджи Нормаева «Полярная звезда» и черкеса Абдулаха Охтова «Ущелье Бэлы». Им переведена с черкесского языка сказка-поэма Хусина Гашокова «Охотник Шомахо».

Пробивает солнце хмары

Копьями лучей.

Поседлали ставропольцы

Боевых коней.

Там за Доном, по Днепровью

Опустился мрак,

По равнинам и по балкам

Притаился враг.

Собирайтесь, партизаны,

Стариной тряхнём,

По захватчикам-фашистам

Сталью полоснём.

Преумножим нашу славу –

Бить их будем так,

Как рубил Трунов когда-то,

Как громил их Шпак.

Ты не рой копытом землю,

Конь мой вороной,

Мы с победой возвратимся

Из полка домой.

Пробивает солнце хмары

Копьями лучей.

Поседлали ставропольцы

Боевых коней.

ИГОРЬ РОМАНОВ

Игоря Степановича Романова на фронт забрали со школьной скамьи в 1944 году. Пройдя курс молодого бойца, стал водителем «Студебеккера». В составе автополка, входившего в конно-механизированную группу под командованием генерала Плиева, участвовал в войне с Японией. Возил грузы на фронт, оттуда раненых, нередко под обстрелом японских бомбардировщиков. Как участник боевых действий, Игорь Романов награжден орденом Великой Отечественной войны, медалью «За победу над Японией».

Голос памятника

Переплелись незримо перепутья

Тех, кто идет и кто покой нашел.

…Я был бойцом,

И, здесь окончив путь, я

На пьедестал

В победный день взошел.

Припоминаю медленно:

Давно ли

Я к доту полз пристреленной тропой!..

Стою один

Высоко

В чистом поле.

А месяцы привычной чередой

Спешат, летят, выстраиваясь в годы,

С небытием сливаясь вдалеке…

Тревожно

От свинцовой непогоды

Иль от росы холодной на виске.

Илья СОСНОВСКИЙ

Илья Павлович Сосновский (литературный псевдоним Ильи Павловича Кравцова) до войны работал редактором художественной литературы в Ставропольском краевом издательстве.

Илья Павлович, сын красного партизана, поэт-патриот, пал смертью храбрых в боях с гитлеровскими захватчиками в январе 1943 года.

Литературное творчество безвременно погибшего поэта отражает готовность по первому зову Родины смело и отважно стать грудью на защиту любимой Отчизны.

Иду я сражаться…

Привет вам, берёзки

И клёны родные,

Мохнатые сосны,

И чащи лесные!

Иду я сражаться

За правое дело,

Чтоб жизнь на земле,

Как весна, хорошела.

Чтоб чистое поле,

Политое кровью,

Цвело, красовалось

Колхозною новью.

Чтоб наши берёзки

И сосны густые

Ласкали нам взоры,

Как сестры родные.

Чтоб радость объяла

Большая-большая

Вселенную нашу

От края до края.

Действующая армия, 1942 год.

Иван БУЛКИН

Иван Гурьянович Булкин родился и жил вдали от Ставрополья – в Куйбышевской (Самарской) области. Писал стихи, был членом литературного кружка города Самары.

В июле 1941 года вступил добровольцем в ряды РККА, прошёл немало тяжелых боев, проявив себя как отважный офицер. Последний героический бой он принял 20 января 1943 года в Ставрополе, спасая его от разрушения гитлеровцами. Этот подвиг навеки и связал его с городом. Похоронен Иван Гурьянович Булкин в Ставрополе на Даниловском кладбище.

В кармане гимнастерки воина и поэта нашли последнее написанное им стихотворение, адресованное жене.

Ответное письмо

Ты пишешь мне

«Придется ли нам снова

Где-либо повстречаться и когда,

Услышим ли из уст друг друга слово,

Что нас с тобой скрепило навсегда?»

Ты пишешь мне:

«Придётся ли нам снова

В глаза друг другу радостно смотреть?

Пусть будет всё в наш грозный век суровый,

Но только не мучительная смерть».

Я думаю.

Всё может с нами статься в грозный час,

Hа поле боя навсегда остаться,

Но даже это не разлучит нас.

Пусть будет всё –

Свинцовых ос укусы,

И боль от них,

Любимая Элен.

Пусть будет страх,

Но только лишь не трусость,

Пусть будет смерть,

Но только лишь не плен!

ПАВЕЛ АЛДАХИН

Павел Васильевич Алдахин работал на Ставрополье в Пятигорском театре музыкальной комедии. В театр он пришёл, когда ему едва исполнилось пятнадцать лет. Затем поступил в Московское театрально-музыкальное училище имени Глазунова.

В июле 1941 г. Фрунзенским РВК города Москвы был призван в Красную Армию. На фронте особо отличился в наступательной операции в Смоленской области. Награжден Орденом Красной звезды, медалями «За отвагу» и другими. После войны вернулся в Пятигорск, здесь же были написаны многие его стихотворения.

В тревожной тьме,

По трепетному знаку

Летящих в небо с шелестом ракет.

Всё поднимаю я ребят в атаку

Из ночи в ночь

Уж много мирных лет.

И, задыхаясь, рядом, как живые.

Бегут в огонь со мной мои друзья,

По-прежнему такие молодые.

Каким в ту пору с ними был и я.

Мои друзья.

Которым уж не снится.

Как мне.

По стольку лет всё об одном.

Которым никогда не пробудиться

И не бежать под проливным огнём.

А я, и в смутной дрёме понимая,

Что тех ребят

Мне больше не вернуть.

Ночами их в атаки поднимаю,

Им и себе мешая отдохнуть.

ВАЛЕНТИН МАРЬИНСКИЙ

Валентин Марьинский (литературный псевдоним Валентина Даниловича Растеряева) ушёл добровольцем на фронт в 1942 году. В боях за Северный Кавказ был дважды ранен.

Стихи В. Марьинский начал писать в годы войны. С 1947 года его произведения систематически печатались в газетах, альманахах, журналах, сборниках.

Безусые, зеленые,

Почти что с детских пор

Вели мы, в жизнь влюбленные,

Со смертью смертный спор.

Усталые до одури

Бросались в шелест трав,

От Волги и до Одера

Отвагу расплескав.

И вспыхивала искрами

Во мраке редких снов

Непознанная, чистая

Солдатская любовь.

Мальчишеская, гордая,

Сияя, как весна,

От Волги и до Одера

Нас провела она…

ВЛАДИМИР СКОРИК

Владимир Иванович Скорик в годы Великой Отечественной войны был старшим лейтенантом медицинской службы. На фронт ушел в 1941-ом со второго курса Пятигорского медучилища. Командовал санитарным взводом стрелкового батальона, выносил раненых с поля боя, трижды был ранен. Служил в 351-ой стрелковой дивизии, которая в 1943 году освобождала Пятигорск. Два раза с боями выходил из окружения.

Награжден орденом Отечественной войны I степени, двумя орденами Красной Звезды и многими медалями, в том числе «За оборону Кавказа».

Все, что пришлось увидеть и пережить в те трудные годы, откладывалось в памяти и становилось стихами

Нам Победа далась нелегко,

Не стучали мы в грудь кулаком,

Не трезвонили в колокола.

Нам Победа далась нелегко –

Боль земли нашей болью была.

Из окопов, водой залитых,

Поднимались мы молча в атаку.

Сколько скошено нас, молодых,

По изрытому бомбами шляху!

Мы Победою бредили все,

Отчий дом заслоняя грудью,

На кипящей огнем полосе

Подбирали нас, мертвых, люди.

Хоронили в могилах братских

Далеко от родимого края.

Соколят в шинелях солдатских

Принимала земля сырая.

Подборка стихов осуществлена при содействии СРОО «Диалог» и Ставропольской краевой универсальной библиотеки им. М.Ю. Лермонтова.

Стихи о Кавказе — Kavkaz Travel

Стихи о Кавказе

Просмотров: 3072 Загрузка…

КАВКАЗ

Хотя я судьбой на заре моих дней,
О южные горы, отторгнут от вас,
Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз:
Как сладкую песню отчизны моей,
Люблю я Кавказ.

В младенческих летах я мать потерял.
Но мнилось, что в розовый вечера час
Та степь повторяла мне памятный глас.
За это люблю я вершины тех скал,
Люблю я Кавказ.

Я счастлив был с вами, ущелия гор,
Пять лет пронеслось: всё тоскую по вас.
Там видел я пару божественных глаз;
И сердце лепечет, воспомня тот взор:
Люблю я Кавказ!..

Михаил Лермонтов. 1830

Кавказ! далекая страна!

Кавказ! далекая страна!
Жилище вольности простой!
И ты несчастьями полна
И окровавлена войной!..
Ужель пещеры и скалы
Под дикой пеленою мглы
Услышат также крик страстей,
Звон славы, злата и цепей?..
Нет! прошлых лет не ожидай,
Черкес, в отечество свое:
Свободе прежде милый край
Приметно гибнет для нее.

Михаил Лермонтов

***▼▼
Казачья колыбельная песня

Спи, младенец мой прекрасный,
Баюшки-баю.
Тихо смотрит месяц ясный
В колыбель твою.
Стану сказывать я сказки,
Песенку спою;
Ты ж дремли, закрывши глазки,
Баюшки-баю.

По камням струится Терек,
Плещет мутный вал;
Злой чечен ползет на берег,
Точит свой кинжал;
Но отец твой старый воин,
Закален в бою:
Спи, малютка, будь спокоен,
Баюшки-баю.

Сам узнаешь, будет время,
Бранное житье;
Смело вденешь ногу в стремя
И возьмешь ружье.
Я седельце боевое
Шелком разошью…
Спи, дитя мое родное,
Баюшки-баю.

Богатырь ты будешь с виду
И казак душой.
Провожать тебя я выйду —
Ты махнешь рукой…
Сколько горьких слез украдкой
Я в ту ночь пролью!..
Спи, мой ангел, тихо, сладко,
Баюшки-баю.

Стану я тоской томиться,
Безутешно ждать;
Стану целый день молиться,
По ночам гадать;
Стану думать, что скучаешь
Ты в чужом краю…
Спи ж, пока забот не знаешь,
Баюшки-баю.

Дам тебе я на дорогу
Образок святой:
Ты его, моляся богу,
Ставь перед собой;
Да, готовясь в бой опасный,
Помни мать свою…
Спи, младенец мой прекрасный,
Баюшки-баю.

Михаил Лермонтов

***▼▼
Кинжал

Люблю тебя, булатный мой кинжал,
Товарищ светлый и холодный.
Задумчивый грузин на месть тебя ковал,
На грозный бой точил черкес свободный.

Лилейная рука тебя мне поднесла
В знак памяти, в минуту расставанья,
И впервый раз не кровь вдоль по тебе текла,
Но светлая слеза — жемчужина страданья.

И черные глаза, остановясь на мне,
Исполненны таинственной печали,
Как сталь твоя при трепетном огне,
То вдруг тускнели, то сверкали.

Ты да мне в спутники, любви залог немой,
И страннику в тебе пример не бесполезный:
Да, я не изменюсь и буду тверд душой,
Как ты, как ты, мой друг железный.

Михаил Лермонтов

***▼▼
Прощай, немытая Россия

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.

Быть может, за стеной Кавказа
Укроюсь от твоих пашей,
От их всевидящего глаза,
От их всеслышащих ушей.

Михаил Лермонтов

***▼▼
Тамара

В глубокой теснине Дарьяла,
Где роется Терек во мгле,
Старинная башня стояла,
Чернея на черной скале.

В той башне высокой и тесной
Царица Тамара жила:
Прекрасна, как ангел небесный,
Как демон, коварна и зла.

И там сквозь туман полуночи
Блистал огонек золотой,
Кидался он путнику в очи,
Манил он на отдых ночной.

И слышался голос Тамары:
Он весь был желанье и страсть,
В нем были всесильные чары,
Была непонятная власть.

На голос невидимой пери
Шел вони, купец и пастух:
Пред ним отворялися двери,
Встречал его мрачный евнух.

На мягкой пуховой постели,
В парчу и жемчуг убрана,
Ждала она гостя… Шипели
Пред нею два кубка вина. Сплетались горячие руки,
Уста прилипали к устам,
И странные, дикие звуки
Всю ночь раздавалися там.

Как будто в ту башню пустую
Сто юношей пылких и жен
Сошлися на свадьбу ночную,
На тризну больших похорон.

Но только что утра сиянье
Кидало свой луч по горам,
Мгновенно и мрак и молчанье
Опять воцарялися там.

Лишь Терек в теснине Дарьяла,
Гремя, нарушал тишину;
Волна на волну набегала,
Волна погоняла волну;

И с плачем безгласное тело
Спешили они унести;
В окне тогда что-то белело,
Звучало оттуда: прости.

И было так нежно прощанье,
Так сладко тот голос звучал,
Как будто восторги свиданья
И ласки любви обещал.

Михаил Лермонтов

***▼▼
Хаджи Абрек
1833-1834

Велик, богат аул Джемат,
Он никому не платит дани.
Его стена — ручной булат,
Его мечеть — на поле брани.
Его свободные сыны
В огнях войны закалены,
Дела их громки по Кавказу,
В народах дальних и чужих,
И сердца русского ни разу
Не миновала пуля их.

***▼▼
Кавказский пленник

В большом ауле, под горою,
Близ саклей дымных и простых,
Черкесы позднею порою
Сидят — о конях удалых
Заводят речь, о метких стрелах,
О разоренных ими селах;
И с ними как дрался казак,
И как на русских нападали,
Как их пленили, побеждали.
Курят беспечно свой табак,
И дым, виясь, летит над ними,
Иль, стукнув шашками своими,
Песнь горцев громко запоют.

Иные на коней садятся,
Но перед тем как расставаться,
Друг другу руку подают.

Меж тем черкешенки младые
Взбегают на горы крутые
И в темну даль глядят — но пыль
Лежит спокойно по дороге;
И не шелохнется ковыль,
Не слышно шума, ни тревоги.
Там Терек издали кружит,
Меж скал пустынных протекает
И пеной зыбкой орошает
Высокий берег; лес молчит;
Лишь изредка олень пугливый
Через пустыню пробежит;
Или коней табун игривый
Молчанье дола возмутит.

***▼▼
Черкесы

Уж в горах солнце исчезает,
В долинах всюду мертвый сон,
Заря блистая угасает,
Вдали гудит протяжный звон,
Покрыто мглой туманно поле,
Зарница блещет в небесах,
В долинах стад не видно боле,
Лишь серны скачут на холмах.
И серый волк бежит чрез горы;
Его свирепо блещут взоры.
В тени развесистых дубов
Влезает он в свою берлогу.
За ним бежит через дорогу
С ружьем охотник, пара псов
На сворах рвутся с нетерпенья;
Все тихо; и в глуши лесов
Не слышно жалобного пенья
Пустынной иволги; лишь там
Весенний ветерок играет,
Перелетая по кустам;
В глуши кукушка занывает;
И на дупле как тень сидит
Полночный ворон и кричит.
Меж диких скал крутит, сверкает
Подале Терек за горой;
Высокий берег подмывает,
Крутяся, пеною седой.
18:54

***▼▼
Каллы (Черкесская повесть)
1830-1831

1

«Теперь настал урочный час,
И тайну я тебе открою.
Мои советы — божий глас;
Клянись им следовать душою.
Узнай: ты чудом сохранен
От рук убийц окровавленных,
Чтоб неба оправдать закон
И отомстить за побежденных;
И не тебе принадлежат
Твои часы, твои мгновенья;
Ты на земле орудье мщенья,
Палач, — а жертва Акбулат!
Отец твой, мать твоя и брат,
От рук злодея погибая,
Молили небо об одном:
Чтоб хоть одна рука родная
За них разведалась с врагом!
Старайся быть суров и мрачен,
Забудь о жалости пустой, —
На грозный подвиг ты назначен
Законом, клятвой и судьбой.
За все минувшие злодейства
Из обреченного семейства

Ты никого не пощади, —
Ударил час их истребленья!
Возьми ж мои благословенья,
Кинжал булатный — и поди!» —
Так говорил мулла жестокий,
И кабардинец черноокий
Безмолвно, чистя свой кинжал,
Уроку мщения внимал.
Он молод сердцем и годами,
Но, чуждый страха, он готов
Обычай дедов и отцов
Исполнить свято над врагами;
Он поклялся — своей рукой
Их погубить во тьме ночной.

2

Уж день погас. Угрюмо бродит
Аджи вкруг сакли… И давно
В горах всё тихо и темно;
Луна как желтое пятно
Из тучки в тучку переходит,
И ветер свищет и гудёт.
Как призрак, юноша идет
Теперь к заветному порогу;
Кинжал из кожаных ножон
Уж вынимает понемногу…
И вдруг дыханье слышит он!
Аджи не долго рассуждает:
Врагу заснувшему он в грудь
Кинжал без промаха вонзает
И в ней спешит перевернуть.
Кому убийцей быть судьбина
Велит — тот будь им до конца;
Один погиб; но с кровью сына
Смешать он должен кровь отца.
Пред ним старик: власы седые!
Черты открытого лица
Спокойны, и усы большие
Уста закрыли бахромой!
И для молитвы сжаты руки!
Зачем ты взор потупил свой,
Аджи? Ты мщенья слышишь звуки!

Ты слышишь!.. То отец родной!
И с ложа вниз, окровавленный,
Свалился медленно старик,
И стал ужасен бледный лик,
Лобзаньем смерти искаженный;
Взглянул убийца молодой…
И жертвы ищет он другой!
Обшарил стены он, чуть дышит,
Но не ветре‹чает› ничего—
И только сердца своего
Биенье трепетное слышит.
Ужели все погибли? нет!
Ведь дочь была у Акбулата!
И ждет ее в семнадцать лет
Судьба отца и участь брата…
И вот луны дрожащий свет
Проникнул в саклю, озаряя
Два трупа на полу сыром
И ложе, где роскошным сном
Спала девица молодая.
06

***▼▼
Кавказ

Кавказ подо мною. Один в вышине
Стою над снегами у края стремнины:
Орел, с отдаленной поднявшись вершины,
Парит неподвижно со мной наравне.
Отселе я вижу потоков рожденье
И первое грозных обвалов движенье.

Здесь тучи смиренно идут подо мной;
Сквозь них, низвергаясь, шумят водопады;
Под ними утесов нагие громады;
Там ниже мох тощий, кустарник сухой;
А там уже рощи, зеленые сени,
Где птицы щебечут, где скачут олени.

А там уж и люди гнездятся в горах,
И ползают овцы по злачным стремнинам,
И пастырь нисходит к веселым долинам,
Где мчится Арагва в тенистых брегах,
И нищий наездник таится в ущелье,
Где Терек играет в свирепом веселье;

Играет и воет, как зверь молодой,
Завидевший пищу из клетки железной;
И бьется о берег в вражде бесполезной
И лижет утесы голодной волной…
Вотще! нет ни пищи ему, ни отрады:
Теснят его грозно немые громады.

Александр Пушкин

***▼▼
Горы Кавказа

Вуаль прозрачных облаков
Скользит по склонам безмятежно,
Вершины легкий свой покров
В ущелье сбросили небрежно,
Во всем величии предстал
Пред нами гордый лик Кавказа.
Священный трепет испытал
Любой, когда открылись глазу
Хребты, вершины, ледники,
Поросшие лесами скалы,
Блеск водопадов, гул реки,
Бегущей к морю с перевала.
Платаны, грабы создают
Густую тень, маня прохладой.
Очарованье и уют…
Как хорошо! Покой, отрада…
Цветет каштан. И ветерок
Доносит свежий запах моря.
А море плещется у ног,
Лаская скалы в такт прибоя…

Ольга Чуенкова

***▼▼
Горная река

С вершин, что спят за облаками,
От ледников, по склонам гор,
Бежит река между камнями,
Стремится к морю на простор.
Волной струится средь расщелин,
Преград не зная на пути,
Склон режет пропастью ущелий
И водопадом вниз летит.
Фонтаном брызг блестит, играя,
Прохладой манит в летний зной,
В лесах от взгляда ускользает,
В пещерах прячется порой.
Коварен нрав у речки горной:
В жару ручей журчит средь скал,
Потоком мощным, непокорным
В сезон дождей бушует вал.
Ущелье узкое ей тесно,
И, полноводна, глубока,
Меняя русло, ищет место
Для быстрых вод своих река.

Ольга Чуенкова

***▼▼
Кавказу.

Кавказ! далекая страна!
Жилище вольности простой!
И ты несчастьями полна
И окровавлена войной!…
Ужель пещеры и скалы
Под дикой пеленою мглы
Услышат также крик страстей,
Звон славы, злата и цепей?..
Нет!прошлых лет не ожидай,
Черкес, в отечество свое:
Свободе прежде милый край
Приметно гибнет для нее.

Михаил Лермонтов
23

***▼▼
Кавказ!
О! Как могуч ты!
Как велик!
Божественны твои леса и горы!
Как много я могу узнать
Лишь посмотреть на небосводы.
Кавказ!
Я много в этом слове слышу-
И много вижу для себя.
Я слышу шум ручья и речки горной,
Призыв орлов и шум ветров.
Я слышу много,как в лесу —
деревья шепчутся друг с другом,
Как говорит зеленая листва…
Кавказ!
Зовет меня твой шум и тишина.

Автор неизвестен
24

***▼▼
На Кавказе

Издревле русский наш Парнас
Тянуло к незнакомым станам,
И больше всех лишь ты, Кавказ,
Звенел загадочным туманом.

Здесь Пушкин в чувственном огне
Слагал душой своей опальной:
“Не пой, красавица, при мне
Ты песен Грузии печальной”.

И Лермонтов, тоску леча,
Нам рассказал про Азамата,
Как он за лошадь Казбича
Давал сестру заместо злата.

За грусть и желчь в своем лице
Кипенья желтых рек достоин,
Он, как поэт и офицер,
Был пулей друга успокоен.

И Грибоедов здесь зарыт,
Как наша дань персидской хмари,
В подножии большой горы
Он спит под плач зурны и тари.

А ныне я в твою безгладь
Пришел, не ведая причины:
Родной ли прах здесь обрыдать
Иль подсмотреть свой час кончины!

Мне все равно! Я полон дум
О них, ушедших и великих.
Их исцелял гортанный шум
Твоих долин и речек диких.

Они бежали от врагов
И от друзей сюда бежали,
Чтоб только слышать звон шагов
Да видеть с гор глухие дали.

И я от тех же зол и бед
Бежал, навек простясь с богемой,
Зане созрел во мне поэт
С большой эпическою темой.

Мне мил стихов российский жар.
Есть Маяковский, есть и кроме,
Но он, их главный штабс-маляр,
Поет о пробках в Моссельпроме.

И Клюев, ладожский дьячок,
Его стихи как телогрейка,
Но я их вслух вчера прочел —
И в клетке сдохла канарейка.

Других уж нечего считать,
Они под хладным солнцем зреют.
Бумаги даже замарать
И то, как надо, не умеют.

Прости, Кавказ, что я о них
Тебе промолвил ненароком,
Ты научи мой русский стих
Кизиловым струиться соком.

Чтоб, воротясь опять в Москву,
Я мог прекраснейшей поэмой
Забыть ненужную тоску
И не дружить вовек с богемой.

И чтоб одно в моей стране
Я мог твердить в свой час прощальный:
“Не пой, красавица, при мне
Ты песен Грузии печальной”.

Сергей Есенин
38

***▼▼
Я видел горные хребты,
Причудливые, как мечты,
Когда в час утренней зари
Курилися, как алтари,
Их выси в небе голубом,
И облачко за облачком,
Покинув тайный свой ночлег,
К востоку направляло бег-
Как будто белый караван
Залетных птиц из дальних стран!
Вдали я видел сквозь туман,
В снегах, горящих как алмаз,
Седой, незыблемый Кавказ…

Михаил Лермонтов
44

***▼▼
А. С. Грибоедов — ХИЩНИКИ НА ЧЕГЕМЕ

Окопайтесь рвами, рвами!
Отразите смерть и плен —
Блеском ружей, тверже стен!
Как ни крепки вы стенами,
Мы над вами, мы над вами!
Будто быстрые орлы
Над челом крутой скалы.
Мрак за нас ночей безлунных,
Шум потока, выси гор,
Дождь и мгла, и вихрей спор.
На угон коней табунных,
На овец золоторунных,
Где витают вепрь и волк,
Наш залег отважный полк.
Живы в нас отцов обряды,
Кровь их буйная жива.
Та же в небе синева!
Те же льдяные громады,
Те же с ревом водопады,
Та же дикость, красота
По ущельям разлита!
Наши — камни, наши — кручи!
Русь! зачем воюешь ты
Вековые высоты? Досягнешь ли? —
Вот над тучей
Двувершинный и могучий*
Режется из облаков
Над главой твоих полков.
Пар из бездны отдаленной
Вьется по его плечам;
Вот невидим он очам!..
Той же тканию свиенной
Так же скрыты мы мгновенно,
Вмиг явились, мигом нет,
Выстрел, два, и сгинул след.
Двиньтесь узкою тропою!
Не в краю вы сел и нив.
Здесь стремнина, там обрыв,
Тут утес: — берите с бою!
Камень, сорванный стопою,
В глубь летит, разбитый в прах
Риньтесь с ним, откиньте страх!
Ждем. — Готовы к новой сече…
Но и слух о них исчез!..
Загорайся, древний лес!
Лейся, зарево, далече!
Мы обсядем в дружном вече,
И по ряду, дележом,
Делим взятое ножом.
Доли лучшие отложим
Нашим панцирным князьям,
И джигитам, узденям
Юных пленниц приумножим,
И кадиям, людям божьим,
Пленных отроков дадим
(Верой стан наш невредим).
Узникам удел обычный,—
Над рабами высока
Их стяжателей рука.
Узы — жребий им приличный;
В их земле и свет темничный!
И ужасен ли обмен?
Дома — цепи! вчуже — плен!
Делим женам ожерелье.
Вот обломки хрусталя!
Пьем бузу! Стони, земля!
Кликом огласись ущелье!
Падшим мир, живым веселье.
Раз еще увидел взор
Вольный край родимых гор!

1825
53

***▼▼
Г. Р. Державин — НА ВОЗВРАЩЕНИЕ ГРАФА ЗУБОВА ИЗ ПЕРСИИ (отрывок)

О юный вождь! сверша походы,
Прошел ты с воинством Кавказ,
Зрел ужасы, красы природы:
Как, с ребр там страшных гор лиясь,
Ревут в мрак бездн сердиты реки;
Как с чел их с грохотом снега
Падут, лежавши целы веки;
Как серны, вниз склонив рога,
Зрят в мгле спокойно под собою
Рожденье молний и громов.

Ты зрел — как ясною порою
Там солнечны лучи, средь льдов,
Средь вод, играя, отражаясь,
Великолепный кажут вид;
Как, в разноцветных рассеваясь
Там брызгах, тонкий дождь горит;
Как глыба там сизо-янтарна,
Навесясь, смотрит в темный бор;
А там заря злато-багряна
Сквозь лес увеселяет взор.

Ты видел — Каспий, протягаясь,
Как в камышах, в песках лежит,
Лицем веселым осклабляясь,
Пловцов ко плаванью манит;
И вдруг как, бурей рассердяся,
Встает в упор ее крылам,
То скачет в твердь, то, в ад стремяся,
Трезубцем бьет по кораблям ;
Столбом власы седые вьются,
И глас его гремит в горах.

1797
54

***▼▼
Б. Л. Пастернак – Без названия

Немолчный плеск солей,
Скалистое ущелье.
Стволы густых елей,
Садовый стол под елью.
На свежем шашлыке
Дыханье водопада,
Он тут невдалеке
На оглушенье саду.
На хлебе и жарком
Угар его обвала,
Как пламя кувырком
Упавшего шандала.
От говора ключей,
Сочащихся из скважин,
Тускнеет блеск свечей,
Так этот воздух влажен.
Они висят во мгле
Сученой ниткой книзу.
Их шум прибит к скале,
Как канделябр к карнизу.

1936

***▼
Горнолыжный восторг в Приэльбрусье

И солнышко смотрит,
И склон пред тобой,
И слева, и справа
вершины гурьбой,
и небо –
огромное море вверх дном,
и падают сосны внизу, где подъём…
Летишь!!!
Вот удачно вошёл в поворот
и сделал дугу, как волну пароход;
под лыжами хруст –
за пропилом пропил,
а сзади тебя вьётся снежная пыль.
И с ветром обнялся у всех на виду…

Где я наслаждение выше найду?

О, горные лыжи!!!
Да что говорить –
Могу я вас только с любовью сравнить!

Юрий Зыслин

Зимний Терскол (песня)

Горы в Терсколе – суровые,
Горы в Терсколе –чеканные,
Твёрдо стоят как бы новые
В зимнем снегу – белотканые.
Небо в Терсколе – огромное,
Небо в Терсколе – бездонное,
И под луной над Вселенною
Звёздочки манят нетленные.
Солнце в Терсколе – стократное,
С тучами древними борется.
Коль их прошьёт пикой сладкою,
Выжжет ласкаючи пол лица.
Склоны Чегета – бугристые,
Строгие, длинные, быстрые.
Склоны влекут горнолыжников
И молодых и уж лысеньких.
Рядом Эльбрус смотрит, чванится:
Он сторожит здесь окрестности,
Как в облака одевается,
Так исчезает на местности.
Речка Баксан будто странница –
Та, у которой путь ладится,
Та, что всё шепчется с соснами –
Стройными и полусонными.
Есть тут нарзан чудодейственный,
Тропка к нему извивается.
Ей в перелесочке девственном
Утром и днём не скучается.
И хичины здесь отменные,
Тёплые, мягкие, медные.
Их запевают вином сухим –
Многие лыжники дружат с ним.
А на поляне, на выкате
Пёстрое море костюмное,
Лыжи цветные – глаз выколи,
Щёлкают маркеры умные.
Зимний Терскол людям в радость дан,
Душу он призван им высветить
И словно благостный Божий дар
Добрым лучом в сердце выстрелить.
Горы в Терсколе – суровые,
Горы в Терсколе – чеканные,
Твёрдо стоят как бы новые
В зимнем снегу – белотканые.
Счастье нежданное выпало
Снова с горами мне встретиться.
Пусть они вечно, невыспренно
Лунными склонами светятся.
1993. Юрий Зыслин

странствующие барды Анатолии, Кавказа и Ирана

Прошлое, настоящее и будущее транслокальной музыкальной традиции

Плейлист подготовил Стефан Уильямсон Фа. Треклист — в нашем Soundcloud

Sabah namazını Hələf özündə.
Günorta namazını Qarsın düzündə.
Axşam namazını yar Tiflisində.
Mövlam qanad verdi uçdum da gəldim.

Утренняя молитва в сердце Алеппо.
Полуденная молитва на равнинах Карса.
Вечерняя молитва в любимом Тбилиси.
Повелитель дал мне крылья, я взмыл вверх и прилетел сюда.

Сочинения ашиков, странствующих бардов, известны на большой территории, которая не укладывается в границы современных национальных государств. Транслокальный характер этой традиции прекрасно иллюстрирует строфа из эпиграфа. Она заимствована из дастана «Ашик-Кериб» — эпического произведения, главный герой которого после семи лет разлуки с возлюбленной прибегает к помощи пророка Хидра и чудесным образом путешествует из Алеппо в Карс и дальше в Тбилиси, где живет девушка. Все три города сегодня находятся в разных странах: Сирии, Турции и Грузии. Ашики как в творческом воображении, так и на практике существовали как раз в этом пространстве. Исторически за ними закрепилось несколько ролей: ашики пели, играли на инструментах и разносили вести, выступая на разных языках для людей, живущих по всему региону. Даже в новейшей истории, когда по политическим причинам были установлены жесткие границы между Турцией, Советским Союзом и Ираном, музыка бардов не знала преград и путешествовала по радио и на кассетах.

Традиция поэтов-бардов распространяется от восточных окраин Центральной Азии до Балкан и не связана с определенным народом, языком или религией. Кавказ, Анатолия и Северо-Западный Иран издавна были важными центрами развития бардовской поэзии и музыки. Тюркское слово ashiq, которое в этом регионе означало барда, и родственное ему ashough в армянском или ashoughi в грузинском языке, происходят от арабского عاشق, означающего любовника или влюбленного человека. Некоторые считают, что связь барда с влюбленностью можно объяснить вдохновением, которое необходимо музыканту, чтобы сочинять стихи и исполнять музыку. Иногда этому вдохновению приписывают метафизическое или божественное происхождение: есть барды, заявляющие, что навыки и звание ашика они получили во сне. Но чаще, конечно, традиция передается из поколения в поколение: обучение музыке начинается с раннего возраста в семье или через ученичество — как во многих других музыкальных культурах. В этом регионе ашики, как правило, выступают соло, аккомпанируя себе на струнных инструментах с длинной шейкой, сделанных из тутового дерева, — сазе, чонгури или копузе. Некоторые ашики используют смычковые инструменты, а есть регионы, где популярностью пользуются ансамбли.

В прошлом главными площадками для выступлений этих музыкантов были чайные. Часто они также выступали на свадьбах. В крупных городах, таких как Тебриз в Иране и Карс в Турции, чайные вблизи автобусных вокзалов и базаров были хорошо известны как места концертов ашиков: именно там сельские жители, приезжающие в города, могли послушать их перед возвращением. Подобные выступления носят неформальный характер и сейчас: слушатели даже могут заказывать ашикам композиции, предлагая небольшие суммы в качестве вознаграждения. Гуляя между столами, барды обычно останавливаются около друзей, важных гостей или тех, кто заказывает песни. Выступления на свадьбах, хотя и сезонные, приносят музыкантам гораздо больше дохода, особенно после исчезновения традиционных чайных. В советское время выступления ашиков были в значительной степени формализованы и институлизированы на территории всего Кавказа: концерты начали проводить в театрах и транслировать по телевидению и радио. Новый политический контекст привел не только к эстетическим переменам, но и к увеличению числа женщин-ашиков, поскольку пространства, где они выступали, стали менее сегрегированными.

Ашики Карчавара, XX век
kalbajar.com

Хотя виртуозность владения инструментами значима для ашиков, по-настоящему важно знание поэзии. Традиционно о качестве исполнения судили по способности ашиков запоминать стихи и харизматично интерпретировать классические эпосы, известные как дастаны, или hikâye. Эти эпические поэмы в основном передавались устно и имели бесчисленное количество вариаций. зависящих от региона и языка. В прошлом эти эпосы исполнялись по несколько дней: ежедневно ашик интерпретировал новый фрагмент в чайной или на свадьбе. Полное чтение дастана сочетает несколько элементов: устное повествование, включающее интерпретацию и обозначение исторического контекста, и пение стихов под аккомпанемент саза. Темы дастанов разнообразны. Есть приключения героев: например, история о воине Кёр-оглы, который обладал сверхчеловеческой силой и защищал бедняков от богатых и власть предержащих. Другие, такие как «Ашик-Кериб», повествуют о несчастных любовниках. Дастаны из репертуара ашиков часто служили источниками вдохновения далеко за пределами традиции. Например, в 1837 году Лермонтов записал и опубликовал сказку об Ашик-Керибе, по мотивам которой Параджанов в 1988 году снял одноименный фильм. Сегодня исполнение дастана целиком — редкость, гораздо чаще можно услышать короткие популярные стихотворения или мелодии из дастана, которые исполняют вместе с другими, еще более короткими мелодическими произведениями, известными под общим названием hava и посвященными обычно безответной любви или красоте природы. 

Еще один жанр, распространенный среди ашиков, — песенная дуэль, известная как karşılaşma в Турции или deyişm на территории Кавказа и Ирана. В ней участвуют два ашика или более  — расположившись друг напротив друга, они начинают импровизировать в стихотворной форме. По словам Илдирая Эрденера, изучавшего песенные поединки ашиков в восточнотурецком городе Карс в 1980-х годах, продолжительность дуэли зависит от настроения соревнующихся бардов. Она может состоять из пяти или семи частей, и, по традиции, одна из последних непременно должна включать личные выпады и оскорбления. В каждой части барды исполняют импровизированные куплеты на разные мотивы. Поскольку песенная дуэль — это общественное мероприятие, в ней иногда более важны спонтанность, соревновательный дух, взаимодействие и обмен знаниями о традиции с помощью музыки и стихов, чем поэтическое содержание или количество слогов в строке. Барды часто развлекают публику еще одним соревнованием, которое называется lab değmez, или dudak demez, что в буквальном переводе означает «не смыкая губ». В этом случае импровизированные стихотворения исполняются без использования пяти согласных — Б, Ф, М, П и В, — которые, как известно, нельзя произнести не смыкая губ. Перед началом выступления каждый из соревнующихся кладет в рот булавку: если он попытается произнести один из запрещенных звуков и, соответственно, сомкнет губы, булавка его уколет.

В некоторых культурах ашика скорее рассматривают как учителя или мудреца, чем как увеселителя публики. Так как в музыке бардов часто возникают мистические, философские и религиозные темы, границы между светским и священным размываются, что особенно характерно для ашиков-алевитов Анатолии. Как религиозная традиция и система верований без смыслообразующих текстов, алевизм в значительной степени полагался на устную передачу знаний через поэзию ашиков. В церемонии cem — основном ритуале алевитов — ашик декламирует стихи, которые не только затрагивают моральные вопросы и тему мистической любви, но и повествуют о ранних исламских деятелях и событиях. С развитием индустрии звукозаписи в Турции многие из этих песен вышли из ритуального контекста и приобрели широкую популярность. Несмотря на то что ашики в Иране по-прежнему часто начинают выступления с молитв, обращенных к Богу, пророку Мухаммеду и его семье, на Кавказе подобные религиозные отсылки полностью исчезли.

Ашики Азербайджана: Aşıq Sadıq Sultanov, Dərya Məhəmməd, Aşıq Avdı Qaymaqlı
Union of Ashiqs of Azerbaijan / Azərbaycan Aşıqlar Birliyinin

В последнее столетие, по мере растущей «национализации» традиции, популярность ашиков, особенно в некоторых регионах и среди определенных этнолингвистических групп, снизилась. В 2009 году ЮНЕСКО внесло искусство азербайджанского ашика в Список нематериального культурного наследия человечества — в раздел, относящийся к Азербайджанской Республике, несмотря на транснациональный многоэтнический характер этого феномена. В стране возникло несколько инициатив, нацеленных на продвижение «национальных» традиций, в то время как в других регионах, например в Грузии и Иране, эта форма искусства не получает или почти не получает никакой государственной поддержки, и контексты исполнения крайне немногочисленны. В течение последнего десятилетия профессиональным музыкантам из других стран приходилось путешествовать между Турцией и Азербайджаном, зарабатывая там на жизнь и выступая на фестивалях. Несмотря на упадок радиовещания и звукозаписывающей индустрии, поддерживаемых государством, — двух основных источников распространения музыки в ХХ веке, — новые средства массовой информации и онлайн-платформы позволяют записям ашиков путешествовать по всему региону между Карсом, Тебризом, Баку и Тбилиси. 

Эти видеоролики можно найти на YouTube, как и массу архивных материалов, включая документальный фильм Армина Арди, посвященный ассирийскому ашику Юсуфу Оганесу из Урмии (Иран), и короткометражку Киарима Гумбатова об ашике Зиаддине из Грузии.

Перевод с английского Ольги Бубич

Перевод стихотворения Пушкина Кавказ

Перевод прост, если мы обойтись без женских рифм:

Внизу, Кавказ. Для просмотра
идет гребень на гребень без паузы,
что со скалы взлетает орел
такой же одинокий, как и я.
Здесь рождаются могучие реки,
и камнепады, покрытые снегом и землей.

Облака смиренно проходят внизу,
а здесь шумные водопады
уступить место голой скале горные стены
с тонким сухим мхом, вересковая пустошь
что внизу видит оленей и деревья
и птицы поют в зеленых навесах.

Народ живет на этих склонах гор,
овцы медитируют в траве.
Через солнечные долины проходят пастухи
как тенистые берега Арагви.
По ущельям всадников не разыскивают,
где Терек бьет ключом в устрашающем спорте.

Воет, животное выросшее
разгневанный едой за пределами клетки.
Он грохочет берег с пенящейся яростью
как жажду самого сухого камня.
Никакой еды или утешения не приходит, но сила
удерживать бессмысленную силу.

Это немного бесплатно и пропускает несколько ключевых слов, но давайте продолжим. У нас по-прежнему есть две проблемы: женская рифма и амфибрахический метр. Первое, что я не предлагаю рассматривать: есть нет ничего манерного или игривого в тоне этого стихотворения, чтобы женская рифма уместна. Другое дело счетчик: амфибрахический часто встречается в русских стихах, но редко в английском, даже как безударный слог плюс анапестическая мера (x | | — x x | — x х | — x x как в «The As» Байрона sy | риан спустился | как волк | на сгибе, |) или ямб плюс дактильная мера (x — | | x x — | x x — | в Половине Теннисона лига, | поллиги, || | Половина лига | в палате).{4} Погребальный дактиль вряд ли уместен, но «Кавказ» имеет естественный падающий ритм, как и «одиночный», так как троичные ритмы распространены в русских стихах, и нам понадобятся некоторые приближения, когда переводя Некрасова и др., стоит посмотреть, что можно сделать. Следующее не совсем обычное явление по нескольким причинам. Целые x — x метров трудно написать на английском языке, и они не выглядят полностью натуральные, действительно бравурные штуки. И на практике даже Байрон замедляет ритм с Когда голубая волна каждую ночь катится по глубокой Галилее.Итак:

A | вокруг меня | Кавказ | предложить | посмотреть
из | снежные склоны оон | сломан, с | никогда не | Пауза.
An | орел из | обрыв | внезапно | взлетает
а | чердак и есть | одиночный, | как я | тоже.
| сильнейший | реки здесь | найти их | рождение
и av | аланчи | уровень | страшный | Земля.

Здесь | смиренно | поток облаков | далеко под | около
повторно | телятина | громовой | вода | водопад,
и | то есть | скалы голые | горный | стены,
сухой | мхи нечетные | кусты, а | тонкая возвышенность | вереск.
В | зеленый глубокий | рощи, с оленями | прыгая мимо | деревья,
птицы | пение в | листовой зеленый | кано | пироги.

| Домашние усадьбы | гнездо в пред | злобный | фланги,
как | овцы лежат | медитирует, | потерялся в мягком | трава.
Через | веселый долго | долины | пастухи должны | пройти
как | также | Арагва через | тенистые | банки.
Бедный | всадники избегают | ущелья, как | ну они | должен
когда | Терек бежит | шумно | в его жестоком | спорт.

Это | воет как | животное и | тот, у которого есть | выросла
| бесполезно | насильственный, в | постоянный | ярость
из | еда это де | nied it | утюгом | клетка.
Это | мстительно | тянется к | самый сухой | камень.
Wi | без добычи или | цель, по ре | бессмысленный | сила
огромный | массы против | штраф это | один фиксированный | курс.

Несколько строк, возможно, проходимы, но ритм в целом такой чайка и надуманный.Дополнительная работа может немного исправить положение, но воспроизведение амфибрахия на английском всегда будет давать что-то подобное. В качестве мы отметили женской рифмой, что работает в одной литературной традиции не обязательно работать в другом. Решение не в «свободном стихе» I подумайте, как чужды форма Пушкину, да и вообще вся русская поэзия до сравнительно недавнего времени, но другая разновидность ямба. Этот самый гибкий форм, великую рабочую лошадку английской поэзии, можно отрегулировать, различными способами, и здесь я предлагаю попытаться приблизиться к смыслу, где я думаю будет парафраз временами приемлемо, так как Пушкин не добивается своих эффектов изображением. и метафора, но через «le mot juste», найдя точное слово.{5}

Вокруг меня Кавказ:
Я стою на больших белых склонах.
Орел вдалеке, вне поля зрения,
парит в одиночестве, как один из нас.
Здесь берут свое начало великие реки,
и лавины, угрожающие земле.

Из облаков покорно движущееся покрывало,
длинные капли с грозовыми водопадами
в гулкие пропасти горных стен:
тонкий мох и с набором сухих кустов.
Внизу толстые навесы зеленого цвета
с прыгающими оленями и невидимыми птицами.

Люди приютились на этих склонах гор,
и овцы, которые осмеливаются ходить по склонам травы.
По веселым долинам проходят пастухи
как Арагва через затененные берега.
Ни один всадник не держится сегодня в ущелье
а Терек закипает в опасной игре.

Животное, которое воет сильнее
что, увидев добычу за клеткой,
его удары могут быть беспомощной яростью.
Обыскивает скалы голодной лапой
но, крутясь с головокружительной силой,
огромные скалы удерживают его на своем пути.

Но мы, конечно, переводим русский тетраметр как английский. тетраметр, забывая, что амфибрахический тетраметр имеет несколько десятков или одиннадцать слогов, т.е. по длине ближе к пентаметру. Итак:

Вокруг меня вырисовывается Кавказ: постоянный вид
заснеженных скал и склонов, где сейчас мои глаза
Выбери орла, одинокого, чье дальнее восхождение
оставит его неподвижным, где я тоже.
На этих великих высотах берут свое начало целые реки,
. и выравнивание лавин, угрожающих земле.

Простые облака распространились, чтобы покрыть все ниже
но дать взглянуть на грозовые водопады
это эхо разносится сквозь горные стены.
Здесь голодают мхи и растут сморщенные кусты.
Внизу рощи, пышные навесы зелени
. где прыгают олени и невидимо поют птицы.

А на склонах этих гор обитают люди,
и овцы, которые спускаются по длинным травяным склонам.
Как весело по долинам проходят пастухи,
как и Арагва через затененные берега.
Ни один робкий всадник сегодня не захватит ущелье
а Терек прыгает и пенится в беспокойной игре.

Это животное, которое воет больше
для добычи вне железных прутьев клетки,
хотя он бьет по банкам с беспомощной яростью.
По скалам бегает голодная пасть
но не находит ни пищи, ни отдыха: бессмысленная сила
огромных скал держит его стремительным курсом.

Кавказские горы в духе писателя Лермонтова


Монастырь Ломиса, место ежегодной паломничества в честь святого покровителя Грузии Георгия Победоносца.(Олег Грицкевич)

К тому времени, как я достиг снежного поля, через четыре часа похода и на высоте примерно 11000 футов в горах Кавказа в Грузии шел дождь, и надвигался поздний вечерний туман, вскоре покрывающий скалистую местность. пики. Я продолжал карабкаться, пинал носки кроссовок в остатки июньского снега, чтобы опереться, царапая руками и коленями по скалам на крутых склонах. Возле вершины перевала, ведущего к Джуте, самой высокой деревне хевсурети, я заметил трех туристов, вышедших из тумана, медленно спускающихся с холма в изнеможении.Они были словацкими. «Мы заблудились», — сказал один из них. «Теперь идем вниз. Мы ищем покой в ​​деревне ».

Они были худощавыми, им было за 20, и у них было достаточно здравого смысла, чтобы инвестировать в походные ботинки на жесткой подошве, подходящие для снега. Это подчеркивало, насколько хрупкими были мои собственные приготовления. Неужели я действительно хотел умереть в какой-то недоработанной схеме завоевания Кавказа? В то утро я начал свой путь среди извилистых грунтовых дорог и маленьких каменных домиков в малонаселенном грузинском регионе Хевсурети; пора было вернуться.Итак, теперь я начал красться вниз за словаками, и в бесконечных складках долины внизу, клянусь, я слышал хихиканье человека, его голос звучал в радостной насмешке, когда он карабкался по скалам.

Русский поэт и прозаик Михаил Лермонтов (1814–1841) побывал на грузинском Кавказе до меня. Эти горы — декорация его фирменного произведения, романа 1840 года «Герой нашего времени», и я убедился, что мы с Михаилом ненавидим друг друга.

Лермонтов был невысоким, кривоногим мужчиной, преждевременно облысевшим, с изогнутой спиной и скверным характером.После того, как его мать умерла в молодости, его воспитывала в Москве его снисходительная бабушка, светская вдова, позволившая маленькому Мишеньке злиться на слуг и вырывать ее ухоженные кусты. Он раздражал вплоть до самой смерти. Накануне его друг дружил с молодой женщиной, которую любил Лермонтов. Лермонтов подстрекал его на дуэль с автоматами. Лермонтов проиграл. Мы можем приписать ему самую глупую смерть в истории литературы.

Или мы можем вспомнить его глазами. Они были очаровательными, угольно-черными, в темных гнездах.Они были жалобными и грустными. Когда вы смотрите на старые картины маслом, невозможно забыть, что этот ребенок, страдающий диспепсией, также был чувствительным художником-романтиком. Его глаза видели вещи. Они видели красоту, даже если сам Лермонтов был поглощен надменным нигилизмом. Что особенно важно, они увидели Кавказские горы, расположенные между Россией и Грузией, более чем в 900 милях от салонов Москвы.

Когда Лермонтову было 3 года и он страдал ревматической лихорадкой, бабушка посадила его вместе с французским наставником и немецкой гувернанткой в ​​запряженную лошадью повозку и отправилась в лечебные горы.Лермонтов вернулся в возрасте 5-10 лет и снова, когда ему было 20 лет, и он был офицером в армии царя Николая I. Тогда Россия оккупировала Грузию, участвуя в вековой кампании по завоеванию народов Кавказа: чеченцев и осетин, а также самой многочисленной группы — черкесов. Лермонтов провел ключевой год, борясь и собирая материал для своего романа.

«Герой» — это тонкая автобиографическая история с ироничным названием, рассказывающая о Печорине, молодом армейском офицере, который продвигается по Военно-Грузинской дороге, к северо-востоку от столицы Тбилиси, и через Кавказ, в территорию современной российской Чечни. .Он наполнен грандиозными риффами. Лермонтов пишет: «Синие морщинистые вершины гор, покрытые слоями снега, вырисовывались на фоне бледного горизонта». Одна грузинская девица выглядит «красивой: высокая, стройная, с черными глазами, которые напоминали глаза у девушки. горная газель ».

После того, как Владимир Набоков вместе со своим сыном Дмитрием в 1958 году выполнил окончательный перевод на английский язык «Героя», он сказал, что язык Лермонтова «является инструментом энергичного, невероятно одаренного, горько честного, но определенно неопытного молодого человека.

Лермонтов почти не жалел. Для него кавказцы были ядовитыми, когда не были экзотикой. «Какие убогие люди», — замечает его alter ego Печорин.

«Чрезвычайно глупые люди, — добавляет сослуживец, — неспособные к образованию».

Я был в Грузии отчасти для того, чтобы увидеть то, что тщетно упустил из виду Лермонтов. Но я тоже был там в почтении, потому что мне нравился трепет в голосе Лермонтова. Я хотел знать этого блестящего молодого человека, который отбросил весь свой талант, но все еще играет важную роль на Кавказе, которого помнят все, некоторые ругают и который так же важен для его региона, как, скажем, Натаниэль Хоторн для американцев.По сей день большинство грузинских и российских школьников читают Лермонтова.

Вылез из снега, в итоге. Склон стал более пологим, и небо прояснилось, когда я начал спускаться к деревне Роща по козьим тропам через клевер. Долина становилась все шире и составляла примерно полмили в ширину — огромное, потрясающее пространство каменистой зеленой земли на фоне пятнистого снега вдалеке. Через час я увидел несколько пасущихся коров.

Первый дом в Роше представлял собой грубый пансионат с дровяным сараем на заднем дворе и коровник с пристроенной спутниковой тарелкой.Когда я лежал в своей комнате, отдыхая, я слышал, как рожающий мужчина рычит на траве прямо подо мной. Я вышел на улицу и обнаружил крупного атлета с мускулистыми телами, который бросал 50-фунтовые камни. — так они тихонько стучали по рыхлому газону.

Михаил Лермонтов (Предоставлено журналом Russian Life)

Звиади Гогочури выступает за сборную Грузии по дзюдо в весовой категории 90 кг. Он не обращал на меня внимания, а затем занялся каким-то упражнением, в котором было натянуто на толстую резиновую веревку. Рядом стоял ребенок, восхищенно глядя на него.«Он тренируется», — осторожно сказала 16-летняя Утура Циклаури. «Он приезжает в горы подышать свежим воздухом. Это важно.»

Утура живет в пансионе со своими родителями. Его отец отсутствовал на ночь, поэтому мать доверила ему все мужские обязанности — например, включить водонагреватель, чтобы я мог принять душ в одном сарае. Его манеры были настороженными и серьезными. Он знал кое-что. Разнося цыплятам остатки еды, он делал это с торжественным почтением.И пока мы обедали — дзюдоист, Утура и я — Утура работал со своей точки зрения, следя за тем, чтобы, когда я вытащу такси на следующее утро, он и его мать поедут бесплатно.

Такси прибыло в 7:30. Дорога к следующему городу, Корше, была скорее тропой, врезанной в крутой склон горы и усеянной глыбами размером с баскетбольный мяч. Мы спустились со скоростью семь миль в час. В какой-то момент Утура увидела заблудшего петуха, подпрыгивающего по кустам травы возле деревянного обрыва. Он выскочил и стал гнать птицу в лес, бросая в нее маленькие камешки.Его мать выскочила, и (почему бы и нет?) Я тоже присоединился к погоне. К этому моменту птица неслась на максимальной скорости, крича от ужаса. У меня была возвышенная точка обзора, прямо передо мной бежал петух. Но Утура, подняв руку вверх, остановил меня. Затем он преследовал петуха, пока тот не загнался в угол в укромном уголке утеса. Он схватил его за ноги и отнес вверх ногами, взмахивая крыльями, обратно в кабину. Мы возобновили катание, теперь уже с живым, полезным животным на борту. На заднем сиденье мать Утурги гордо и радостно смеялась.

« Гиджи », — сказал я водителю, опираясь на свои скудные грузинские навыки. «Сумасшедший.»

Водитель тоже засмеялся, затем указал пальцем на голову и сказал: «Нет. Умный.»


Шатили, город-крепость в Хевсурети, Грузия. (Олег Грицкевич)

Примерно половину Род-Айленда и отделенный от Чечни только Кавказскими горами, регион Хевсурети находится всего в 50 милях от Тбилиси, но дорога туда крутая.Это место всегда казалось отдаленным, а его жители — поклоняющиеся природе христиане, потомки последних крестоносцев Европы — очень независимы. Еще в 1915 году хевсурети в кольчужных доспехах гнали лошадей в Тбилиси.

Сегодня узкие средневековые каменные сторожевые башни все еще украшают склоны холмов с крошечными окнами с прорезями, а в городе-призраке Шатили на границе с Чечней стоит древняя каменная крепость.

Тем не менее, старый Хевсурети разрушается, сталкиваясь с растущим процветанием и урбанизацией Грузии, а жители Хевсурети могут похвастаться немногими защитниками культурного наследия.Я был там, в Корше, к одному из них — художнику по имени Шота Арабули, который управляет пансионом «Корша».

Один из моих друзей-гостей, 62-летний Отари Лалиашвили, художник и ночной сторож в музее под Тбилиси. Лысый заядлый курильщик с кривой игривым смехом, он тщательно изучил историю Грузии, оттачивая мировоззрение, которое одновременно является гипернационалистическим и немного сюрреалистическим. «Грузины, — сказал он мне, — были первыми людьми. Перед Вавилонской башней все говорили по-грузински.Лалиашвили прочитал всего Лермонтова, и его мнение было решающим: «Лермонтов был несчастным гением-идиотом. Он ничего не знал о Кавказе ».

Лалиашвили приехал с тремя друзьями и пятилитровым графином красного вина, купленным на заправке. Сидя в просторной столовой, мы попробовали этот винтаж и сосредоточились на черкесской войне. За 100 лет русские убили около 400 000 черкесов, а в 1864 году царь Александр II формально изгнал еще 500 000 человек. Сегодня исламские лидеры в Чечне по-прежнему не признают власть России.

«Лермонтов писал историю с точки зрения оккупантов», — сказал мне Лалиашвили. Лалиашвили чувствовал, что величайшей ошибкой писателя была его неспособность прославить черкесского правителя по имени Шамиль, лидера партизан, который победил русских в нескольких битвах, поскольку он потратил 25 лет, безуспешно пытаясь объединить разрозненные племена Кавказа в битве. «Шамиль был настоящим героем Черкесской войны», — сказал Лалиашвили. «Шамиль сражался за свою землю, за свою землю. У него был повод для борьбы, и он сказал русским: «Ваша страна огромна.Я могу объехать на своей лошади все свое королевство за день. Зачем она вам? »

Мы наполнили наши бокалы вином, и со временем Лалиашвили пересмотрел свое отношение к войне. Истинным героем, заявил он, был не Шамиль, а его заместитель, Байсангур, который упрекнул Шамиля, когда полевой командир наконец сдался в 1859 году. По словам Лалиашвили, Байсангур сказал: «Не сдавайтесь. Вы Шамиль. Помнишь, ты сказал, что мы должны бороться до конца? » Бойсангур продолжал драться. «Не имело значения, что у него была только одна рука, одна нога и один глаз», — сказал Лалиашвили.«Он сражался, пока русские не поймали его и не повесили».

К концу вечера мы закончили бутылку.

На следующее утро Лалиашвили проснулся поздно и выглядел немного помятым, когда тащился в ванную. «Если не пьешь, зачем жить?» — сказал он мне с неуклюжей ухмылкой. «Это философия вашего друга Лермонтова, и я приносил себя в жертву его алтарю».

Днем позже я устроился своими лермонтовскими книгами. В творчестве Михаила Лермонтова есть несколько спокойных моментов.Читая его, вы чувствуете себя так, будто просыпаетесь посреди ночи с бессонницей — возможно, в каком-нибудь свободном номере отеля смотрите супертраматичный старый фильм по черно-белому телевизору, с регулятором контрастности, установленным до 10. В его эпической поэме «Демон» изображена душа изгоя, которая с грустью летает над грешным миром только для того, чтобы начать злополучный роман с грузинской принцессой. Еще одно длинное стихотворение «Послушник» — о молодом монахе, который бежит из своего монастыря (и организованной религии) и думает о смерти «между крутыми и темными скалами.Поэма начинается с эпиграфа, перефразирующего первую книгу Библии Самуила: «Я едва пробовал мед; И я должен умереть ».

Настоятель монастыря Ломиса (Олег Грицкевич) Иоганн

«Геройские» выходки тяжело переживать, но есть отрывки, которые поют очаровательно. «Все эти снега горели румяным светом, — пишет Лермонтов, — так весело, так ярко, что заставлялось задуматься, почему нельзя оставаться здесь навсегда». Русский драматург Николай Гоголь сказал об одной главе: «Никто из нас еще не написал такой совершенной, такой красивой, такой наполненной ароматом прозы.

Но меня самого больше всего поразило письмо, которое Лермонтов написал в 1837 году: «Когда я гулял вверх и вниз по горам в Грузии, я бросил телегу и сел верхом; Я поднялся на заснеженную гору Креста на самую вершину, что не так уж и легко; с нее как на блюдце видна половина Грузии. … Для меня горный воздух — бальзам; блюз идет к дьяволу, сердце бьется, грудь высоко дышит ».


Женщина предлагает носки на продажу в сельской местности Хевсурети (Олег Грицкевич)

Под «крестом» Лермонтов имел в виду гору Казбек, вершину высотой 16 512 футов, которая образует границу с Россией и возвышается над грузинской деревней Степанцминда.На следующий день я сел в автобус, который ехал туда. По пути мы наткнулись на зеленый склон холма, где толпы людей трудились по узкой тропинке, многие из которых были в тяжелых ожерельях с крестами, буксируя блеющих овец на веревках. Я пришел к выводу, что у овец наверху ничего не получится.

Я начал лазить. Рядом со мной молодые семьи, несущие детей, и старушки, босые и склонившиеся над тростью. Наконец, используя сигналы рук, чтобы расспросить своих попутчиков, я убедился, что все мы были в паломничестве.Это была Ломисоба, древний языческий праздник, обновленный 15 веков назад после прихода христианства в Грузию. Мы поднимались в монастырь Ломиса, чтобы зарезать сельскохозяйственных животных и помолиться у каменного гроба покровителя Грузии Святого Георгия.

Лермонтов пропустил это, я почти уверен — ему было неподобающим смешаться с hoi polloi, — но мне нравился вид толпы передо мной, движущейся теперь по крутому, тенистому лугу, усыпанному полевыми цветами. Мне понравилось, что даже во время этой священной миссии они утяжеляли свои рюкзаки чачей, самогоном на основе винограда.

Были сумерки. Монастырь расположен на холме на высоте 7500 футов, и большинству людей потребовалось три часа, чтобы добраться туда пешком. У меня не было никакой еды, не говоря уже о палатке для неизбежной ночи на морозе. Но к грузинам у меня уже сложилось определенное доверие. Каким-то образом я знал, что наверху найду дух и тепло.

Там, должно быть, было 1000 человек — созвездие маленьких групп, разбросанных среди нагромождения гигантских валунов и травянистых оврагов. Сверкали костры, и сотни верующих часами ждали, чтобы зажечь молитвенные свечи перед иконами Георгия Победоносца.

Чтобы узнать больше о путешествиях, посетите журнал WP. .

В основном, однако, вершина была вечеринкой — и, для меня, букварью о прелестях и опасностях чачи. Каждый раз, когда я открывал рот, вокруг меня кишели паломники с бутылками домашней чачи. Типичный разговор, переведенный с грузинского и жестами рукой, проходил примерно так:

Пилигрим: Пей! Напиток!

Я: Но у меня уже было четыре порции чачи.

Паломник: Но ведь это национальный напиток Георг-и-а ! Вы должны сделать еще один выстрел, чтобы получить Georg-ee-ah !

Я: Я, э-э —

Пилигрим: Еще один, для Георг-и-а! За дружбу народов!

Серьезный бородатый мужчина, изготовитель рам, поделившийся со мной хлебом, сыром и оливками, продавал крошечные обрамленные портреты святого Георгия с широким мечом и позолоченным византийским нимбом.Некоторые студенты университета, говорящие по-английски, приветствовали меня песней Боба Дилана «Knockin’ on Heaven’s Door », играя на гитарах у костра. Я слышал длинную смесь патриотических народных песен, когда мы сидели там на скалах в дымной темноте, и я помню, как подумал, что даже сейчас, спустя 170 с лишним лет после смерти Лермонтова, Грузия все еще захвачена российским империализмом. Две страны вели войну в 2008 году из-за крошечной кавказской территории, Южной Осетии. Грузию раздавили, и жало не исчезло.После каждой народной песни женщина, сидящая рядом со мной, одинаково обобщала текст: «Наконец-то, — сказала она, — это о Грузии».

Я выучил припев к одной песне, вроде как, но потом все стало расплывчатым, и я очень устал от того, что меня просят выпить чачу. Примерно в 1:30 я обнаружил уклон на глухом лугу и, спрятавшись внутри него, погрузился в милосердный сон. Потом меня разбудили. «Напиток!» — скомандовал парящий надо мной человек с бутылкой. «Напиток!»

Наконец, в 2:45 я начал спускаться с горы.Было тихо, и в кромешной тьме на вершину поднимались еще сотни паломников, намереваясь совершить утреннюю мессу. Они почти не разговаривали. Я слышал тяжелый скрежет их легких и легкий топот ног по земле.

Я бы никогда не взялся за гору Казбек после моего энергичного поклонения у алтаря Лермонтова. Но когда я выехал на шоссе на рассвете, я высунул большой палец и поймал поездку на север, в сторону Степанцминды, с крепким русским на спортивной машине. Русская техно-музыка гудела по стереосистеме, настолько громко вибрировал автомобиль.Я пристегнулся ремнем безопасности. Мы пролетали через маленькие городки, мимо церквей, маленьких магазинов и участков снега. Я смотрел, как солнце поднимается в голубое небо над высокими скалами Кавказа. Я был на пути приключений в горах, и, по крайней мере, часть меня забыла, каким резким, подлым и трудным был Михаил Лермонтов. На мгновение мне захотелось, чтобы он сидел прямо рядом со мной, смакуя разреженный горный воздух.

Билл Донахью — писатель, живущий в Портленде, штат Орегон.

Культурные памятники Кавказа

[Патрик Фоли]

«Судьба забросила меня в ту страну, которую я так долго мечтал увидеть — в каньоны, убежище диких сынов природы. Я собирался увидеть Кавказ во всем его очаровании и ужасе »- из книги Елизаветы Ган « Воспоминания о Железноводске (1841)

».

Чтобы понять советское правление на Кавказе в двадцатом веке, необходимо изучить историческое обоснование российского правления в этом регионе.Отношения России с Кавказом сложны, поэтому приведение одного конкретного свидетельства в качестве основной мотивации российского участия в регионе оказывается трудным, если не невозможным. Тем не менее осознанное культурное превосходство России, а также вера в то, что Кавказ может стать «гражданским» путем оккупации, снова и снова появляется в российском историческом повествовании, независимо от того, находится ли он под контролем царя или Верховного Совета. Размышление об истоках этого предполагаемого культурного превосходства может многое рассказать об отношениях между Закавказьем и Россией.По этой причине в книге Александра Пушкина « Кавказский пленник » и в последующих работах русских писателей XIX века о Кавказе объясняется, почему русские считали Кавказ нуждающимся в цивилизации. Выдающиеся литературные произведения укрепили представление о том, что русская культура выше культуры Кавказа, и послужили оправданием для вмешательства во внутренние дела кавказских территорий.

Пушкинский « Кавказский пленник », первоначально опубликованный в начале 1820-х годов, познакомил широкую общественность России с особым представлением Кавказа.Пушкинская характеристика региона как страны, наполненной приключениями и романтикой, занимала видное место в душе россиян не только в девятнадцатом, но и в двадцатом веке. В стихотворении русский солдат попадает в плен во время боев на Кавказе. В стихотворении более прямое внимание уделяется романтическим отношениям между солдатом и местной кавказской девушкой. Как отмечает Оливер Буллоу в своей книге о Кавказе, стихотворение Пушкина показывает романтические отношения между девушкой и солдатом, из-за которых Кавказ кажется почти идиллическим.Девушка знакомит солдата с местными удовольствиями Кавказа, принося ему мед, просо, вино и другие горные деликатесы (Bullough, 77).

Пушкинское описание природных сокровищ Кавказа также вызвало образ кавказцев как естественных дикарей, не испорченных внешним миром. В то время как татары в этой истории, безусловно, изображались как свирепые бойцы, романтические отношения между солдатом и местной девушкой также предлагали этим людям более мягкую сторону.Если эта концепция кажется несколько странной, я бы сравнил ее с характеристикой Поухатанов в популярном описании отношений между Покахонтас и Джоном Смитом. Это распространенный в литературе образ, но популярность « Кавказский пленник » заложила основу для подобных произведений. Десятки новых романов начала и середины девятнадцатого века изображали Кавказ как нетронутую естественную границу, ожидающую цивилизации в руках русских.

В некоторых других своих произведениях Пушкин продолжал подтверждать широко распространенное мнение о том, что Кавказ остается нецивилизованным.Он часто характеризовал кавказцев как благородных дикарей. В книге « Путешествие в Арзрум, », опубликованной в 1830 году, Пушкин предлагает свой анализ грузинского народа: «Грузины — воинственный народ. Под нашими знаменами они проявили храбрость. Их интеллектуальные возможности ждут дальнейшего развития »(Пушкин, 40). Воинственные качества грузинского народа хвалят, но его низшие интеллектуальные качества еще ждут улучшения. Пушкин также назвал суеверный образ жизни грузин виной отсутствия цивилизации на Кавказе, утверждая, что некоторые из их женщин были ведьмами (Пушкин, 38).Сьюзан Лейтон, один из ведущих знатоков русской литературы по Кавказу, отметила, как Пушкин построил новую парадигму для интерпретации отношений между Россией и Кавказом в своих произведениях: «Кавказский пленник выстраивает обобщенное противопоставление цивилизации и дикости. »(Лейтон, 35).

Версия рассказа Толстого Кавказский пленник , одного из самых известных русских рассказов конца XIX века, вновь подтвердила представление о том, что русская цивилизация была лучшей надеждой на усмирение кажущейся дикости Кавказа.В рассказе также повторяются многие темы, похожие на оригинальное стихотворение Александра Пушкина. История Толстого снова захватила воображение публики, изображая Кавказ как место приключений. В рассказе Жилин, царский военный на Кавказе, описывает татар как жестоких дикарей. Во время сцены драки в начале романа Жилин должен сразиться с татарином верхом на лошади и клянется сражаться насмерть против «дьявола», потому что он опасается, что плен наверняка будет означать пытку со стороны татарина (Толстой, 5).Несмотря на все его усилия, татары захватывают Жилина и удерживают его за выкуп в пятьсот рублей (Толстой, 10). Народы Кавказа — жестокие бойцы, которых волнует только наживка. Татары, за исключением молодой девушки Дины, которая помогает Жилину сбежать, мало уважают русских или «цивилизованное» общество (Толстой, 24-25). В то время как Жилин борется за честь России, царя и его семью, татарские солдаты сражаются только ради спорта, удовольствия и выгоды. Не становясь цивилизованными под воздействием внешней силы, кажется, что у татар мало шансов стать развитой цивилизацией.

История оставалась популярной в течение следующего столетия, и даже сегодня Кавказский пленник хорошо известен. Доказательством тому стал фильм «Узник гор»

года.

Кавказский пленник, первоначально стихотворение Александра Пушкина, появлялось в нескольких различных итерациях за последние два столетия. Совсем недавно по этой истории был снят полнометражный фильм «Узник гор».

Россия по рассказу Толстого, выпущенный в 1996 году.Фильм режиссера Сергея Бодрова получил признание публики и в целом был хорошо принят критиками. Узник гор даже был номинирован на премию Академии за лучший фильм на иностранном языке. Следовательно, можно утверждать, что эта история все еще звучит сегодня и выходит за рамки разделения поколений. Долговечность этой истории говорит о том, почему русские утверждали, что культурное превосходство является оправданием своего вторжения на Кавказ.

Многие романы и рассказы о Кавказе черпают вдохновение в популярных произведениях Пушкина.В картине Елизаветы Ган «» Воспоминания о Железноводске изображена женщина, попавшая в засаду кавказцев и украденная в горах (Буллоу, 87). Роман является прекрасным примером эротической фантастики, жанра, который становится все более популярным среди россиян, писавших о Кавказе. Пушкин также имел тесные отношения с несколькими известными русскими писателями, которые публиковали похожие произведения о Кавказе. Например, Александр Бестужев, писавший под псевдонимом Марлинский после того, как был отправлен в ссылку на Кавказ после восстания декабристов, опубликовал лирические стихи о Кавказе, которые находились под сильным влиянием Пушкина (Leighton, 112–113).Русский народ постепенно впитывал это излияние материала, в котором Кавказ изображался как экзотический пограничный пейзаж, пропитанный приключениями и романтикой. Подобно тому, как романы Джеймса Фенимора Купера привели к взрыву так называемых «грошиных романов» вестернов в Соединенных Штатах, так и рассказы Пушкина породили серию широко доступных романтических историй о Кавказе.

Однако не во всех романах Кавказ полностью прославляется как место свободы и приключений. Наиболее заметно, что в лермонтовской книге «Герой нашего времени » высмеиваются аспекты писаний Пушкина о Кавказе.В то время как характеристика Лермонтова физической красоты Кавказа, несомненно, изображает регион в лестном свете, он также бросает вызов убеждению, что Кавказ требует российского поселения для продвижения вперед. Лермонтов охарактеризовал Кавказ как «место разгула, скуки, циничного обольщения, дикости и бессмысленного насилия» (Bullough, 94). Печорин, главный герой романа, антигерой, гораздо менее внимателен к женщинам, чем типичный русский солдат на Кавказе. Печорин является прекрасным примером «лишнего человека» в русской литературе, который, несмотря на свое образование и биографию, не в состоянии сделать что-либо для общества.Романтика и приключения на Кавказе — занятие не из благородных. Романтика и приключения для Печорина корыстны. Таким образом, Лермонтов неявно оспорил идею российской интервенции на Кавказе, поставив под сомнение мораль такого начинания. Как пишет Лермонтов в предисловии к « Герой нашего времени », его цель — служить дозой необходимой реальности в отношении царской интервенционистской политики: «Людей накормили таким количеством сладостей, что они расстроили желудки; теперь нужны горькие лекарства, кислотные истины »(Лермонтов, 10).

В культовом романе Лермонтова « Герой нашего времени » рассказывается о герое, чьи мотивы приключений на Кавказе были далеко не идеальными. Роман вызвал большой резонанс в императорском дворе и в конечном итоге привел к кончине самого Лермонтова.

В культовом романе Лермонтова «Герой нашего времени» рассказывается о герое, чьи мотивы приключений на Кавказе были далеко не идеальными. Роман вызвал большой резонанс в императорском дворе и в конечном итоге привел к кончине самого Лермонтова.

Царь и его администрация явно не согласились с романом Лермонтова.Сам царь встретил сочинения Лермонтова откровенно враждебно. В письме к жене царь Николай I писал о Лермонтове и Герой нашего времени : «Автор страдает самым развратным духом, и его таланты жалки» (цит. По Буллоу, 95). Высмеивая образ Кавказа, созданный Пушкиным, и рядом подражателей, которые повторяли идеи Пушкина, Лермонтов бросил вызов попыткам элиты царской администрации романтизировать Кавказ. Следует еще раз отметить, что картина Лермонтова Герой нашего времени вряд ли является негативным изображением Кавказа.Лермонтов ярко описывает нетронутый природный ландшафт Кавказа. Однако менее чем чистые мотивы главного героя поставили под сомнение природу якобы «цивилизационных» отношений между Россией и Кавказом. Представители элиты больше не могли безоговорочно принять видение Кавказа как неспокойной страны чудес, ожидающей российского поселения (Bullough, 95). В то время как царь стремился культивировать образ Кавказа как неспокойного природного места, ожидающего, чтобы его взяло под контроль альтруистическое российское общество, важно понимать, что не все писатели полностью согласились с этим рассказом о русской цивилизации.Лермонтов — ярчайший пример противостояния романтизированному взгляду царя на Кавказ.

Пушкинский Кавказский пленник , хотя и всего лишь одно литературное произведение, оказал огромное влияние на русскую культуру. В самом широком смысле стихотворение популяризировало видение Кавказа как нетронутой земли, населенной облагороженными дикарями, обладавшими огромной независимостью и военной доблестью. Русские пытались искоренить местное население, чтобы приблизить его к цивилизации.Эта вера получила распространение среди всех слоев российского общества из-за широкой популярности любовных романов, происходящих на Кавказе. В результате царская администрация, а затем и советская администрация могли оправдать оккупацию этих территорий «цивилизационной» миссией. В то время как романы, такие как « Герой нашего времени » Лермонтова, ставят под сомнение кажущийся альтруизм русского военного героя на Кавказе, образ Кавказа, развитый в стихотворении Пушкина, в конечном итоге восторжествовал и послужил поводом для вмешательства русских на Кавказ.

______________________________________________________________

Процитированные работы

Александр Пушкин, Путешествие в Арзрум, (Анн-Арбор, Мичиган: Ардис, 1974).

Лев Толстой, Смерть Ивана Ильича и другие рассказы , под редакцией Ричарда Пивира и Ларисы Волохонской (Нью-Йорк: Альфред А. Кнопф, 2009).

Михаил Лермонтов, Герой нашего времени , Под редакцией Дж. Х. Уиздома и Марра Мюррея (Шарлоттсвилль, Вирджиния.: Библиотека Университета Вирджинии, 1997).

Оливер Буллоу, Да будет велика наша слава: путешествия среди дерзких народов Кавказа (Нью-Йорк: Basic Books, 2010).

Лорен Дж. Лейтон, Эзотерическая традиция в русской романтической литературе: декабризм и масонство, (Университетский парк, Пенсильвания: Издательство Государственного университета Пенсильвании, 1994).

Сьюзан Лейтон, «Аммалат-бек Марлинского и ориентализация Кавказа в русской литературе» в Золотой век русской литературы и мысли под редакцией Дерека Оффорда (Нью-Йорк: St.Martin’s Press, 1990).

Перечитывая Кавказского пленника Пушкина

Повествовательную поэму Пушкина 1822 года «Кавказский пленник» часто называют первым литературным знакомством России с Кавказом и его народами. Белинский похвалил его как за точное изображение региона, так и за красоту стихов. Один раздел поэмы, так называемый этнографический раздел, в котором довольно подробно описаны черкесские обычаи и быт, только за Пушкина переиздавался шесть раз.Тем не менее, несмотря на всю его популярность, как критики, так и читатели продолжали бороться с эпилогом стихотворения и его отношением к первым двум частям рассказа. Этот эпилог, написанный примерно через три месяца после того, как Пушкин закончил первые две части поэмы, отличается как стилистически, так и тематически от остальной части произведения. Напоминающий сначала элегию, затем эпическое повествование и, наконец, церемониальную оду, как указывает Харша Рам, форма эпилога столь же противоречива, как и его очевидное новое послание: прославление имперской мощи и полное завоевание Кавказа.И, по сути, эпилог выражает более ясный политический посыл, чем остальная часть стихотворения, отмечая уничтожение кавказских племен и расширение Российской империи: […] […] И отмечу я тот славный час, Когда, почувствовав кровавую атаку, На возмущенный Кавказ поднялся Наш двуглавый орел […] Тебя прославляю, герой, Котляревский, бич Кавказа! Куда бы ты ни бросился, ужас — Твоя скорость, как черная чума, Разрушенные, истребленные племена.[…] И яростный клич войны умолк: Все подвластно русскому мечу. Гордые сыны Кавказа, Вы воевали, вы ужасно погибли. В этой статье я предложу новую интерпретацию эпилога Пушкина и его отношение к остальной части стихотворения. Пушкину удается проблематизировать российскую имперскую экспансию именно за счет добавления такого националистического финала к тому, что на первый взгляд кажется романтическим произведением об экзотических людях. В первых двух частях поэмы Пушкин играет на ожиданиях своих читателей, в значительной степени основанных на европейской литературе, в частности на Байроне, а также на их собственных невысказанных, иногда бессознательных, желаниях косвенно испытать опасность и волнение все еще мифического. Кавказ.Затем он описывает кровавые последствия этого восхищения регионом и его народами: полное завоевание Россией и разрушение кавказского общества. Поэма Пушкина обнажает обоюдоострый меч империалистического экспансионизма: с одной стороны, есть идеализация Другого и его образа жизни, а с другой — соприкосновение империи и Другого ведет к разрушению этого образа жизни. жизнь. Исходя из этого заключения, я затем перечитаю стихотворение Пушкина с этой целью и покажу, как основная часть произведения более органично ведет к эпилогу, чем кажется на первый взгляд.После публикации эпилог Пушкина практически не оставил комментариев. Фактически, в большинстве обзоров стихотворения литературные критики просто не обращали на него внимания. Сьюзан Лейтон предполагает, что критики не хотели высказываться против эпилога из-за политического климата того времени. Однако в частной жизни эпилог вызвал некоторый дискомфорт по крайней мере у одного из современников Пушкина, князя Вяземского. «Меня огорчает, что Пушкин окрасил кровью последние стихи своей сказки», — пишет он Александру Тургеневу в письме от сентября 1822 года.«Что за герой Котляревский, Ермолов? Что здесь хорошего, что он, «как черная чума, / Разрушенные, истребленные племена?» От такой похвалы кровь замерзает, а волосы дыбом встают ». Он продолжает жаловаться на то, что из-за цензора невозможно было даже «намекнуть» (намекнуть) на его недовольство эпилогом в его рецензии на стихотворение. Советский ученый Борис Томашевский предлагает один из более длинных и подробных анализов стихотворения и, в частности, эпилога. По поводу эпилога Томашевский заявляет: «Здесь его тон совершенно не напоминает элегические стихи самого стихотворения.Он продолжает читать эпилог как попытку …

Михаил Лермонтов — Поэма Охотник

Вершины мечтательного нагорья
Темнее в ночи;
Долины затишье, в тишине,
Свежий тусклый внутри;

2. Благодарность

★ ★

★ ★

★ ★

★ ★

★ ★

Для всех, для всех! Благодарю тебя, милый мой:
За клятву сокровенных страстей,
За яд поцелуя и жалящую слезу,
Жестокое обращение со стороны друзей и месть врагов;

3. Ангел

★ ★

★ ★

★ ★

★ ★

★ ★

Ангел летал по небу в полночь,
И тихо пел он в полете;
И облака, и звезды, и луна в толпе
Слышал эту святую песню.

Не верь в себя, мой молодой мечтатель, не верь,
Остерегайтесь, как язвы, вдохновения …
Это тяжкий приступ твоего нездорового сердца,
Или раздражение заключенных в тюрьму идей.

5. Кинжал

★ ★

★ ★

★ ★

★ ★

★ ★

Да, ты мне нравишься, мой нож из дамасской клятвы,
Мой друг такой яркий и такой холодный,
Вдумчивый грузин сковал тебя за свою месть,
Вольный черкес потом заточил на ряд.

Владимир Маяковский. Русские стихи в переводах

Отец Маяковского был бедным дворянином, работал старшим лесником на Кавказе. Мальчишкой Маяковский залезал в огромный глиняный чан с вином и читал вслух стихи, пытаясь усилить силу своего голоса резонансом чана. Маяковский был не только Маяковским, но и мощным эхом его собственного голоса: ораторская интонация была не только его стилем, но и самим характером.

Находясь в заключении в Бутырской тюрьме в Москве в 1909 году, когда ему было всего шестнадцать, Маяковский погрузился в Библию, одну из немногих доступных ему книг, и его ранние громовые стихи усыпаны библейскими метафорами, причудливо связанными с мальчишескими богохульствами. Он интуитивно понял, что «улица будет содрогаться, без языка, без средств кричать и говорить»; так он дал слово улице и таким образом произвел революцию в русской поэзии. Его блестящие стихи «Облако в штанах» и «Флейта и позвоночник» возвышались над стихами его поэтической среды, как величественные вершины его родного Кавказа возвышались над маленькими домиками, цеплявшимися по бокам.Призывая к изгнанию Пушкина и других богов русской поэзии из «парохода современности», Маяковский фактически продолжал писать в классической традиции. Вместе со своими соратниками Маяковский основал футуристическое движение, ранний сборник которого был назван весьма знаменательно «Пощечиной общественному вкусу» (1912). Горький был прав, когда заметил, что хотя футуризма, может быть, и не существовало, существовал великий поэт — Маяковский.

Для Маяковского не было вопроса, принимать ли Октябрьскую революцию.Он сам был революцией со всей ее мощью, ее крайностями, эпической пошлостью и даже жестокостью, ее ошибками и трагедиями. Революционное рвение Маяковского проявляется в том, что этот великий любовно-лирический поэт посвятил свои стихи идеологическим лимерикам, рекламным щитам политики. В этом рвении, однако, заключалась его трагедия, поскольку он сознательно стоял «на глотке своей собственной песни» — позицию, которую он однажды блестяще подчеркнул: «Я хочу, чтобы меня понимала моя родина, но меня не поймут — Увы! Я пройду по родной земле, как косой дождь.”

Его уныние в личных делах и разочарование в политике заставили его застрелиться из револьвера, который он использовал в качестве реквизита в фильме двенадцатью годами ранее. Поскольку его одновременно и уважали, и оскорбляли, его смерть имела глубокий, хотя и разный смысл для всех. На его похороны пришли десятки тысяч человек. Маяковский был канонизирован Сталиным, который сказал о нем: «Маяковский был и остается лучшим и самым талантливым поэтом нашего времени. Безразличие к его стихам — преступление.«Это была, по мнению Пастернака, вторая смерть Маяковского. Но он умер только как политический поэт; как великий поэт любви и одиночества он выжил.

Кавказ. Перси Биши Шелли (1792-1822). Азиатская Россия: Кавказ, горы. Генри Уодсворт Лонгфелло, изд. 1876-79 гг. Стихи о местах: Антология в 31 томе. Россия: Vol. XX

волны

В полночь
Луна взошла: и вот! эфирные скалы
Кавказа, чьи ледяные вершины сияли
Среди звезд, подобных солнечному свету, и около
У чьего пещеристого основания водовороты 5162

Непреодолимо взрывается и кружится
Ярость и отзвук вечно.

* * * * *

Полуденное солнце
Теперь сияла над лесом одна огромная масса
Из смешанной тени, чье коричневое великолепие
Узкая долина. Там огромные пещеры, 10
Зачерпнутый в темном основании этих воздушных скал,
Насмехаясь над его стонами, откликайтесь и ревите вечно.
Встреча сучьев и связанных с ними листьев
Ткали сумерки на почтовом пути, как вел
Любовью, или мечтой, или Богом, или более могущественной Смертью, 15
Он искал в сокровищнице природы какой-нибудь банк,
Ее колыбель и его гробница. Темнее
И темные тени накапливаются, — дуб,
Раскладывая свои неизмеримые руки,
Обнимает светлый бук.Пирамиды 20
Из высокого кедра, охватывающего, рама
Самые торжественные купола внутри и далеко внизу,
Как облака, висящие в изумруде 16
Ясень и парящие акации
Дрожащий и бледный. Словно беспокойные змеи, одетые 25
Паразиты в радуге и в огне,
Звезды с десятью тысячами цветов, текут вокруг
Серые стволы игр младенческие глаза,
С нежным смыслом и невинными уловками,
Согните свои лучи вокруг сердец любящих, 30
сучья венчальные,
Объединяющие их тесный союз; плетеные листья
Создайте сеть из темно-синего дневного света,
И полуденной ясности ночи, изменчивой
Как формы в странных облаках.Мягкие, покрытые мхом газоны 35
Под этими навесами простираются волны,
Ароматные травы и цветы
Минута, но красивая. Одна самая темная долина
Посылает из своих лесов мускусную розу, переплетенную с жасмином,
Душевный запах, приглашающий 40
.Через лощину,
Здесь тишина и сумерки, сестры-близнецы, держите
Их полуденные часы и плывите среди оттенков
Как парообразные формы, наполовину видимые; за пределами колодца,
Темные, блестящие и наиболее полупрозрачные волны, 45
Изображения всех тканых ветвей наверху,
И каждый отдельный лист, и каждый пятнышко
Лазурного неба, проносящегося между пропастями:
Ничто другое в жидком зеркале не светится
Его портреты, но некоторые непостоянные звезды
Между одной листвой, мерцающей ярмаркой,
Или нарисованная птица, спящая под луной,
Или великолепное насекомое, плавающее неподвижно,
своего дня в бессознательном состоянии крылья
Распространили свою славу взору полудня.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

2019 © Все права защищены. Карта сайта